Дорога к дому

Второго Волока пути бесконечно-конечного кольца Перевоплощений.

Грем протяжно свистнул, и из-за скальной гряды, цокая подковами, вышла гнедая поджарая тонконогая лошадь. Он легко вскочил в седло, посмотрел в последний раз на могилу Странного Воина и дал коню шпоры.

# # #

Ноги перестали слушаться. В глазах плыли красные круги. В груди гулким набатом колотилось сердце. Кровь, теряющая свою текучесть, уже не могла донести кислород до каждой клеточки моего измученного тела. Я упал на колени.

Немного отдышавшись, пополз вперед. Нужно было двигаться. Как угодно, но двигаться. Идти, ползти. На коленях, локтях– как угодно, но двигаться. Потеря ритмики движения – смерть. Однажды остановившись, я уже не смогу сделать шага. Нужно было дождаться, когда это проклятое солнце наконец скроется за горизонтом, и тогда будет легче. Но оно, похоже, не собиралось покидать эти раскаленные небеса. Как приколоченное, оно торчало в небе, едва перевалив за отметку зенита.

Я закашлялся. Мучительно.

Тонкая пыль с дороги, поднятая моими движениями, забила горло.

– Ну еще шаг. Еще, – я упрашивал себя. Умолял. Материл последними словами. Нужно было идти. Идти вперед.

Я не знаю, прошел ли я более ста метров по этой трижды проклятой дороге, но настал миг, когда я понял, что больше двигаться просто не могу. Я упал лицом вниз. Вспомнил, что вверху, в вышине, все кружатся и кружатся грифы, дожидаясь моей смерти.

Первое за что они возьмутся – это глаза.Я представил себя распростертым на брусчатке, с кровавыми пустыми глазницами, и мне стало по-настоящему дурно.

Я упал ничком. Закрыл лицо ладонями.

«Что угодно. Но только не это»,– наверное, это была последняя сознательная мысль. Я провалился в вязкое, не спасающее от мук беспамятство. Я грезил. Мне снилась вода. Много воды. Целые океаны прекрасной, пресной, прохладной воды. Реки и озера. Ручейки и омуты. Струйки родников и недопитый сто лет назад стакан газировки в городском парке.

Вода. Живая, прохладная вода.

Она струится по моим губам. Подбородку. Глазам. Вода. Кто-то перевернул меня на спину и льет тонкой струйкой воду на мое лицо.

Пи-и-и-ить… Струйка, капля за каплей, стала наполнять черную щель с вывалившимся языком. Я мучительно сглотнул. Ледяной комочек побежал по пищеводу и не достиг желудка, моментально рассосанный на миллионы молекул в которых – жизнь. Струйка продолжала литься. Я сглотнул второй раз. Третий. Затем открыл глаза.