Азартные игры богов

– Фраер! – Раздалось с ближайшего лежака. – Шляпу сними! Так в хату не входят! – Груман не ответил. Продолжал курить и просто ждал.

– Малява про тебя с воли пришла… – Раздалось с постели стоящей у окна хрипловатый голос. С нее поднялся пожилой человек с седым аккуратным ежиком волос. В очках в золотой оправе и с томиком библии в руках. Кто-то мгновенно поставил перед Груманом вторую табуретку. Человек с седым ежиком положил библию на аккуратно затянутый клеенкой стол и сел напротив. Долго смотрел Груману в глаза.

Потом вздохнув, проговорил, словно делал какую – то очень тяжелую работу.

– Мутный ты, Груман. Никто про тебя ничего не знает. – Груман, пускал клубы дыма в потолок, и с интересом рассматривал сидящего перед собой человека. – Вроде не из «конторских», и роду не нашего. Чужой. Пишут, что «кремлевец» вроде. А вроде и нет. Что скажешь? – Груман спрятал сигарету в кулак, раскрыл ладонь и высыпал на пол прогоревший пепел.

– Зря ругаешься, полковник. – Человек одернул куртку спортивного костюма, и кто-то из более молодых.

Мгновенно вытер тряпкой едва заметные крупинки сгоревшей «Гаротты».

– К Кречету простые люди не ходят. Те, кому надо в уровень людей шлют, а ты не «меченый» – «муть серая». – Груман улыбнулся. Все-таки снял шляпу и протянул ее «шнырю». Тот посмотрел в глаза Кречету и в ответ на кивок, аккуратно положил ее на стол.

– Не «павлинься», Кречетов Николай Петрович. «Муть серая» по уровню выше всех стоит. Перед людьми не стыдно? – Кречет пожал плечами.

– Значит – не простой ты полковник. Почему на допрос не позвал? Может не всем слышать надо, о чем мы с тобой говорить будем? – Груман пожал плечам.

– Мне как раз надо, что бы слово твое слышали. В кружева их заплетать я не хуже тебя умею. – Кречет пожевал губами. Протянул руку к сигаретам Грумана.

– Табачком не угостишь, начальник? – Груман выбил из пачки Гаротту.

– Косяк это. Смотри не забалдей. Разговор трезвый у нас. Тем более что маляву я тебе слал. Мало времени у меня на то, чтобы к тебе тропки топтать.

 – Кречет чиркнул спичкой, глубоко затянулся и закатил глаза.

– Мозги светлеют, начальник. Непростой косяк, контора мутная, и если тебе в глаза смотреть – то по земле ты не ходишь, выше самолетов летаешь. Ангел значит. – Кречет снова сделал затяжку. Удовлетворенно крякнул. – На поклон ангелы ко мне еще не ходили.

– Я не на поклон, Кречет. Мне твоей доли не надо, сам понимаешь. – Кречет кивнул.

– Не обижайся, полковник.