Азартные игры богов

 – Теперь скажи мне вот, что – если твой Балабол общаг сольет, меня на ремни порежут. Я же его под свое слово короновать буду. – Груман встал. Надел шляпу.

– Не бойся, Кречет. Этот, как ты говоришь – Балабол тебе за год общаг утроит, если ты его слушать будешь. – Груман поморщился. – Придумали серьезному человеку погремуху детскую. Поводырь теперь он, понял? – Груман одернул плащ. – И, чтобы, как ты говоришь – волосу не упасть. – Он подошел к двери и гулко ударил в железную створку.

– Буду нужен – Поводыря и спросишь.

Он позовет. – Тяжелая дверь с глазком, открылась на удивление быстро и без предполагаемого скрежета. Груман шагнул за порог. Обернулся и подмигнул ошарашенному авторитету.

– Не боись, Кречет. Семи смертям не бывать! – Кречет устало махнул в сторону посетителя рукой.

– Вали уже, полковник! Одной не миновать, сделаю – как попросил.

Кречет уперся горячим лбом в ледяную створку металлической двери. Многое нужно было обдумать и решить. Грумана он помнил, хотя и не показал этого сразу. За все прошедшие годы Груман ни капли не изменился, и Кречета, это даже не удивляло.

Он был должен Груману, и за его долг могут спросить даже перед погостом.

Кречет задушил отчима, когда тот на мать с ножом полез. Был бы взрослее – здоровее – просто бы зубы выбил. А так. Чем попало. Шнуром от утюга. Если бы его отчим простым работягой был – получил бы он семь по малолетке, да и того меньше. Может быть – вышел по УДО. Может по амнистии. Но, отчим секретарем партячейки служил. Вот и завертелась каша.

Да так завертелась, что ему – пацану четырнадцатилетнему грозили «лоб зеленкой намазать». А бывало и так, что просто терялись такие как он в «жерновах» и все. Ни слуху, ни духу.

Кречет ударил кулаком по створке двери. Груман тогда появился вроде ниоткуда. Кречет по малолетству даже не понял, что хотят от него. Попросил он его «чистосердечное» написать и. что вроде в состоянии аффекта был. Не в себе. С кем тогда Груман говорил и как Кречет не помнил. Но ушел с хорошей, уважаемой статьей и пошла его воровская карьера в гору.

Вроде и не старался особо, а шла. То этому помог, то другому. То там слово мудрое веское сказал, то там – зауважали. Звезды получил «законные» на плечи. А вот как в «тишину» попал – он совсем не понимал. Теперь получалось так, что Груман его специально в авторитеты вытаскивал, что бы за долг спросить. Теперь придется отвечать «по всей строгости». Тем более, что Балабол совсем не простой сиделец оказывается.

Кречет прошел к столу.