Цена крови

Волчий покров сошел, и Ридан упал без сознания:

– В каюту его, быстро! Медика туда же! Ваш Принц ранен! – отдал приказы Йозо. Ридана быстро отнесли в каюту, у него на плече была огромная рана от того самого копья, лекарь нанес ему заживляющие травы, собранные в Ливиссанском лесу.

– Ему придется отдохнуть дня два, потом все заживет, это очень эффективные травы. – отвечал на все расспросы доктор.

В Армзессе приводили в боевую готовность береговые укрепления. Флот Синей Розы и Торговой Республики был поднят по тревоге.

Четыре военных фрегата было направлено в сторону боя.

«Черная Сойка» отошла от берегов Торговой Республики. Понимая, что туда причалить не получиться команда подняла паруса.

Диего и Йозо обсуждали дальнейшие действия в капитанской каюте. Они должны были понять, куда им теперь выгоднее было бы причалить:

– Мутная гавань находится под охраной торгашей и Синей розы, – сказал Диего.

– Да, но нам нужно прорваться в штаб Союза, скоро будет собрание, даже вольные астары на него явятся! Я предлагаю для остановки Страну Илистых Ручьев, в их столице – Погренмир! – предлагал ему Йозо.

– Илистые Ручьи … хм … королева Амеранда кузина нашего Ридана, да, и тем более, она тоже в Союзе, а бордель в Погренмире… у-у-у-х… какие там девочк-и-и-и….

– Хватит, морской волк, тебе лишь бы свое золото потратить…

– Решено! Погренмир!!! – крикнул Диего.

В это же время, в Большом Зале происходило заседание Верховного совета во главе с Королевой Амерандой Теллои. На нем обсуждалось вторжение на южные земли королевства войсками Луе Варатено, который действовал по приказу своего брата, Бунтарного короля – Элла Варатено, того самого, что затеял Переворот Красной Луны, в результате которого был свергнут Император Сталлонн I Вильгельмаар Объединитель.

– Я не удивлен, Ваше Высочество, что Варатено вновь нарушили уговор! – громко высказал свое мнение дьяк, второе лицо после королевы – Амер Шпигент. – Им это не впервые.

– Это все мы поняли, когда вы сказали это в первый раз, Шпигент, успокойтесь – тихо сказала Королева.

– Мы так ничего не решим, Амер, – обращался к дьяку Верховный представитель духовенства, брат Прибвиг.