Аукцион на Джиннии

Парни, поняв, что дело начинает пахнуть неправильными эмоциями, решили исправить ситуацию:

– Где-нибудь подальше от плохого места? Чтобы ведьмы не сглазили, – предположил другое Трюм.

– И чтобы дублонов море, – закончил Печень. – А чо?

Свая вздохнул, помолчал, закрыв глаза. Лицо его исказилось странной гримасой, словно съел худой гаврский мондефрут. Рот его раскрылся, но что-то пошло не так, и Свая внезапно остановился в эмоциях. Сделал глубокий вдох. Помолчал. Потом ещё раз глубоко вдохнул, выдохнул и мрачно прояснил момент:

– В Джибдаре народ что делает?

– Товар покупает, на примечательности смотрит всякие…

– А потом?

– Шеф, – робко сказал Печень, исчерпав варианты, – мы не знаем.

Мы ж там не были. Ни разу. Работаем вот. Всё время…

– Ну да, ну да, – с сарказмом бросил Свая. – Работаете вы… В общем, после туризма народ прибухнуть любит. Хоть в Джибдаре, хоть где. А тут и мы.

– А-а-а, точно, – согласно закивали парни. – Мы вот тоже…

Но шеф продолжить полёт мысли не дал:

– На Джиннии производство обустроим.

Создадим, так сказать, новацию в технологиях марафетинга.

Гаврики притихли и заворожённо ловили каждый звук, издаваемый Сваей.

– Поэтому, – здесь шеф пристально поглядел на Трюма, – смотри там в оба. Всё узнаешь на месте. Где можно, с кем можно, как можно. Сколько стоит, опять же. Обследуй тонко предмет. Слышишь? – и, убедившись, что Трюм слышит, закончил: – И не быкуй без меры. Дело важное. Всё понятно?

7

Как бы ни был учтив Абдулазиз, а своё отношение к странному гостю выразил.

И если у джинна рядом с его кофейником стояла ваза, наполненная акадийской халвой и посыпанная вялеными лепестками ореи, то гостю такого он не предложил.

Джинн негромко кашлянул, этого звука было достаточно, чтобы рядом с кофе материализовалась точно такая же ваза с десертом. Нет ничего лучше к кофе, и даже на Зайонии, откуда был родом гость, это знали.

– Дорогой Ашраф, – поприветствовал тепло джинна зайонец, – весьма рад видеть тебя в добром здравии и хорошем настроении.

– И я рад видеть тебя, Брозеф.

Они крепко обнялись. Со стороны – всего лишь приятная встреча давних друзей. За исключением одного нюанса: джинны и зайонцы были в вечной вражде ещё до того, как по небу прокатилась первая звезда. И дружба между представителями этих народов была не то чтобы редким явлением, а почти невероятным.

Но так уж случилось, что эти парни выросли вместе.