Аукцион на Джиннии

Опустевший кофейник упал от неловкого движения рукой и, покатившись, звякнул. Этот негромкий звук как будто разбудил джинна.

Он посмотрел в небольшое окно, расположенное высоко, почти под самым потолком. Солнце прошло зенит и плавно катилось ко второй половине суток. Джинн встал, поправил плавным жестом своё великолепное одеяние и повернулся ко входу. Именно в ту самую секунду, когда Абдулазиз раздвинул плотную занавесь, впуская ещё одного посетителя.

По напрягшемуся взору хозяина кофейни джинн понял, что Абдулазиз узнал гостя, несмотря на его перевоплощение.

Ибо сам Абдулазиз был джинном непростым. Но… гость есть гость. Каким бы ни был. И Абдулазиз, учтиво поставив дополнительную чашку и полный кофейник, удалился, тщательно задёрнув занавеску.

2

Никто не знает, откуда на Гавре появился обычай кучковаться по трое. Были предположения, что это дурное влияние Стразы. Но на Хрустальных Берегах завсегда так: если что плохое – так точно со Стразы. В цивилизованном-то мире откель плохому взяться? Ну вот и я говорю…

Поэтому у парней на Гавре при вопросе: третьим будешь? – никогда не возникало иных мыслей, кроме магистральной: а то!

И это тоже, понятное дело, было навеяно Стразой.

В общем, докатилась слава о новых героях и до небольшого провинциального городочка на окраинах гаврских болот. Название у него было – Плок. Главной и единственной достопримечательностью города был заводик по производству стиклосса.

Стиклосс – кто не знает – нормальный такой, пацанский напиток, не сапир какой – удел пресыщенной богемы.

Это-то вот бухло для настоящих мачо, крепких желудками. Ибо без последствий употребить такую ядрёную смесь мог не каждый.

Держал этот бизнес местный авторитет – Свая. В подельниках ходили тоже личности небезызвестные в городе: Трюм и Печень. И в общем-то троица сия вела вполне себе достойную жизнь, а по меркам Плока так и во обще считалась богатеями. Но… слава есть слава. Когда есть деньги – всегда хочется чего-то ещё.

А тут видал, какой расклад? Какие-то невнятные поцы спасают Гавр, а с ним и Хрустальные Берега! А мы где? Мы – где?!

Именно эта мысля занимала голову Сваи, когда он взял, по обычаю, первое слово.

Дело было на дежурной стреле, которую троица забила на задворках Плока.

– Ух ты, ух ты! – со своей наработанной долгими разборками интонацией воскликнул он. – Какие парни здесь, а!

Парни однозначно не въехали в чудную речь шефа. Сегодня он был явно не в себе.