Игра Теней. Архивы Логри. Том II

 – Сфинкс из Тени? Ах-х, мой неслучайный гость изволит шутить, наверное?

– Разумеется, – торопливо заверил его я, обалдевший от неожиданности. – Только я сказал это про себя. Или мне показалось?

– Показалось… – задумчиво так повторил сифейри и пожевал своими мощными челюстями, словно пробуя слово на вкус. Челюсти впечатляли.

– Итак, милейший, – я уже оправился от неожиданного вторжения и стал понемногу нажимать, – каков будет ваш ответ?

– Пожалуй, поразмышляю об этом позже. А пока, мой хитрый мастер, будем считать, что первый раунд остался за вами.

Проявить немного великодушия – ах, ну как это благородно с моей стороны! Вам не кажется? – в упор глядя на меня, загадочно спросил сифейри.

– А я так ждал ответа уважаемого мастера загадок… – нарочито (но без нажима) разочарованно протянул я. – Можно сказать, за ответами ведь пришел. Вот засада-то…

Сифейри наклонил голову и забавно так похрюкал. Не знаю, что это означало, но вид у него был превеселый. Похоже, его начало потешать наше состязание.

– Хотите ответ? – неожиданно спросил он.

– Очень хочу. – Тут я был искренен. Ведь, по легенде, один древнегреческий философ умер от истощения, поскольку сказал, что не будет ничего есть, пока не разрешит этот парадокс. И даже такая радикальная мотивация не спасла положение. Говорят, он умер от голода.

– А что взамен?

– Ничего. Это подарок.

– Но как же, нужно…

– Ничего не нужно, – перебил меня сифейри, – только ваше согласие на принятие подарка.

Заинтриговал он меня.

Но, возможно, в этом был какой-то подвох. С чего бы сифейри подарками-то разбрасываться? Эх, как же мне не хватает Ронина! Не потому ли сифейри и настоял, чтобы молк ушел, чтобы втянуть меня во что-то? Однако узнать, лжец ли Эпименид… какой философ откажется-то?!

Тут, впрочем, мне пришла такая мысль – словно неожиданно вспомнил о том, зачем я здесь и что на кону: поможет мне знание об Эпимениде? Вряд ли. А тогда чего время терять?

«Помни, зачем ты здесь», – практически силой заставил я сам себя сконцентрироваться на главном.

– Не сочтите за невежливость, но лучше откажусь. Чтобы и мне было о чем поразмышлять.

Сифейри посопел, а потом отвернулся и замолчал.

– Готов выслушать ваш вопрос, – поторопил я его.

– Мой вопрос, мой вопрос… куда спешите, мой недоверчивый мастер? – подозрительно спросил тот.

– Так у меня семеро по лавкам…

– Ах да… дети… – пристально глядя на меня, многозначительно произнес сифейри (как-то нехорошо произнес).