Замок одиночества

«Вот отец, скончавшийся год назад, как и миллионы других, видел в советских мифах стремление к идеалам, силу свежего ветра, свет далёких звёзд… Но… чертовская несовместимость целей и средств… Да и вообще…»

– У вас всё? – зло спросил Ирин.

– Бросьте! Бросьте обижаться! Вы же умный человек. Они пытаются «надуть» сейчас весь белый свет! Выкуси! И вы…? – Вольдемар Генрихович вдруг осёкся и внимательно посмотрел на собеседника. – Вы что? Если вы с моей помощью найдёте тайник – отдадите его властям? За здорово живёшь? За гроши? Сглупа? Не идиот же вы!

«Так, не нужно сердить старичка! Бог с ней, с этой политикой!»

– Давайте сотрудничать, господин Пасхин! Я рад буду помочь!

– Не так всё просто, господин Ирин! Не просто «помочь»! Вам доверяют! И вас отблагодарят! – Старик опять выпрямил спину, гася свою аффектацию и демонстрируя достоинство «высокого благородия».

 – Если вы согласны… сотрудничать, то завтра… в семь вечера… в храме Святого Петра мы составим «договорчик о намерениях», хе… – Барон опять обмяк.  – И я покажу вам свою папочку с документами.

– Я… я… должен… заплатить? – неуверенно, но честно спросил Ирин.

– Да бросьте вы этот купеческий тон! Сначала найдите тайник! Что делить шкуру неубитого медведя? А там посмотрим, кому, что и почём!

Господин Пасхин потёр виски, что-то припоминая.

– Ах, я опять сбился! – расстроенным тоном продолжил он. – Бренна этот… Винченцо…

У господина Ирина кровь ударила в виски.

– Что вы так покраснели? Так вот… Он, Бренна, умер в одна тысяча восемьсот двадцатом году в Дрездене. Уж не знаю как, но Варвара Аркадьевна напала на след, там, в Дрездене, папок этих… э… проекта Михайловского замка – того, что увёз с собой Винченцо из России. Вызнала что-то о потомках архитектора. Он выехал из Петербурга в Штеттин. Тогда это была Германия, сейчас – польский Щецин. Оттуда родом его вторая жена, Луиза Вильгельмина Трауфельд.

 – Барон откинулся на спинку кресла и, запрокинув голову, замолчал.

Это было не просто молчание! Это было безмолвие двухсот лет истории!

«Он говорил о тайнике так просто и уверенно, как об обыденной, всем известной вещи!»

– Есть чёткая, пусть пока неуловимая до конца связь между тайником Елизаветы и Павла, который по сей день в замке и папками Бренна?! На проектах есть метки тайника?! – Лев Антонович привскочил из кресла.