Замок одиночества

Евгений налил шампанского и произнёс тост в сторону жены и дочери, процитировав Гейне:

– «Парижанки рождаются на свет со всеми пороками, но чудная фея придаёт всякому пороку прелесть и чары. Эта фея – грация». Москвички – тоже! За вас, за дам!

Он любовался женой. Ему казалось, что вот она кружится и в руках её та самая флейта! И мелодия – их мелодия – жива, не забыта! Он, бедняга, просто не знал, что уже через пять минут она, «Ля-ля», скажет ему «не то» и праздник лопнет, как мыльный пузырь, и станет ясно, что ему… послышалось.

Но пока… Пока он воскликнул:

– Внимание! У меня ещё сюрприз! Завтра мы идём в «Крейзи хорс»! Отсыпаемся – и вечером милости прошу! Заказаны… ещё два месяца назад заказано пять билетов в первые столики! Ну как, мои дикие, необъезженные лошадки»?! – И обнял запыхавшихся жену и дочь.

– А почему не в «Мулен Руж» или в «Лидо»? Инна Дудкина рассказывала, что один её знакомый… – с надутыми губами начала что-то говорить Лялечка.

Ну вот и всё, Женечка! Получил?!

Он не слушал, не слышал, что ещё она там доказывала… Его накрыло…

Отец подошёл к сыну и, с тревогой посмотрев на него, положил ему руку на плечо.

Затем воскликнул, заминая паузу:

– Из всех искусств важнейшим для нас, мужчин, является «Крейзи хорс»! Я давно хотел именно туда! Сынок услышал… Как это тонизирует, пацаны!.. А вообще…. Не каждую глупую кобылу удается объездить…

– Ну нет! – продолжала спорить «простушка Ля-ля». – «Крейзи» – фирменная одинаковость… во всём… даже форма грудей и ягодиц… А «Мулен» – кабаре, бурлеск… Канкан! Мне Дудкина…

– Ну, положим, канкан-то везде «дают», – опять вступился Матвей Корнеевич, не желавший никакой, как он выражался, «сингулярности» в матрице их семьи.

 – Кому-то нравится исполнение в пышных юбках с валунами, кому-то – топлес в стрингах и чулочках. Ха! Главное, чтобы чулочки были «по понятиям», т.е. с подвязками!

… Говорят, что у некоторых умных людей получается обходить «острые углы».

Получается даже держать «градус» Праздника! Кажется, что у семьи Софьиных это получилось. И дай бог, чтобы и послевкусие праздника длилось как можно дольше! Во всяком случае, следует уметь устранять конечные точки разрыва, а на бесконечные разрывы… ну, хотя бы смотреть философски. Софьиным (старшему и младшему) удавалось (оба математики!) объясняться друг с другом «не перпендикулярно и не прямолинейно» благодаря так называемой «математической культуре».