Мальтийское эхо

Появившийся вдруг польский акцент пропал, и Мария Родиславовна продолжила уверенным голосом:

– Мы должны дать вам лишь небольшой срок, два-три дня, чтобы убедиться (хоть Геша и выбрал вас) в вашей чистоте и силе. И откроем нашу семейную тайну, однако только в той мере, в какой сами в нее посвящены.

В комнату вошла девушка лет двадцати пяти. Огромные каре-зеленые глаза посмотрели сначала тревожно на бабушку, потом на Андрея – с любопытством. Темно-русые волосы, чуть вьющиеся, собраны сзади в аккуратный пучок.

И та же стать, что и у бабушки, и грациозность от природы и породы.

– Здравствуйте, Андрей Петрович. Я Ирина Яновна Богданович. С приездом. Мы рады.

– Здравствуйте.

– Давайте я покажу вам дом и вашу комнату.

Две анфилады комнат первого этажа. С двух противоположных торцов каждой из анфилад – лестницы наверх, в мансардную часть. Остатки кафельных печей замаскированы фотографиями и документами в рамках. Музейная атмосфера всюду.

– Почти весь первый этаж – музейные помещения.

Я изредка провожу здесь экскурсии. У нас с бабушкой внизу только пять комнат. Кабинет, гостиная, столовая, бабулина спальня и ванная с туалетом. В гостиной вас встретили, наверху – библиотека и две спальные комнаты. Одна из них – для вас. А у моих прадедов здесь было как обычно: к гостиной примыкала диванная комната, к столовой – буфетная, ну, и в дальней части – поварская с лакейской. Сейчас всё, конечно, перестроено и перекроено.

– Да, – сказал Андрей, – нет «таперича» ни лакейских, ни диванных.

Только у новых «хозяев».

Ирина вдруг рассмеялась и показала рукой на фотографию суровых «комиссаров в пыльных шлемах».

– Это знак, – она прижала пальчик к губам.

– Кстати, ваша бабушка тоже говорит со мной как-то многозначительно, и слова ее загадочны.

– Они загадочны для тех, кто не знает Слово Знака, – девушка стала серьезной.

– Ну да, узнаю Титаныча. Он любил значительные фразы.

– Назовите пару.

– «Если долго вглядываться в бездну, бездна начнет вглядываться в тебя».

– А еще?

– «Чтобы узнать, открыта ли дверь, нужно толкнуть ее». Я чувствую, что мне вы приготовили какую-то тайную дверь…

– Вы догадливы и подаете надежды.

Ну и фраза! Андрею не понравилось, что ему, шестидесятилетнему ученому мужу, эта аристократическая «фифа» будет диктовать правила. Но он тут же отбросил обиду: в конце концов, ее возраст позволяет быть в меру легкомысленной.