Умножители времени

Много эпатировал, на публику, специально… Грешен! Чаще, конечно, по делу, когда надобно… Бывала и надобность создавать вокруг себя и своего имени легенду средневекового колдуна.

Яков Вилимович сидел неподвижно, почти не мигая. Только тонкие кривящиеся губы шевелились иногда беззвучно. А бывало, слова всё же выходили наружу. Вот сейчас он довольно внятно произнёс: «Я всегда имел несчастный характер, слишком мягкий, слишком противоречивый. Сильным я был только для дела, для России, для моего Петра». Граф достал трубку с длинным мундштуком, изготовленную мастером-голландцем по его специальному заказу.

Заправил её сухой травкой с табаком по своему рецепту. Травки эти особые и табачок очень качественный ему доставляли с Востока, ближнего и дальнего. Взял в руку свечу, прикурил от её огня. Сладкий туман повис в лаборатории. Мысли постепенно успокаивались, стали доброжелательными к хозяину. Кольца дыма поднимались вверх, расширялись, переплетались друг с другом. Их пронизывали лучи только восходящего солнца. Генерал удовлетворительно отметил, что эта комбинация, кольцево-радиальная геометрия – план устройства земного, подземного и надземного. По такому его плану после пожара одна тысяча семьсот тринадцатого года начали отстраивать Москву. Так надобно прокладывать дороги и под землёй. Такой он сделал структуру подземелий в Сухаревой башне и здесь у себя в Глинках. В этом лабиринте бродить мог лишь один он. Все-то думают, что он строит эти хитроумные длиннющие подземелья, чтобы что-то прятать в них или общаться с нечистой силой. Вот поговаривают, что моя пресловутая «Чёрная Книга» спрятана в подземном тайнике. Глупцы! Я лишь строю Источники и Места моей Силы. А на земле тоже они есть… Эх, построить бы дом Учености на Воробьевых горах! И выше Сухаревой… И из-под земли к небу!

Яков медленно встал, опираясь на палку и стол, оглядел комнату. Вот горн для плавки металлов и нагревания составов. Давно скучает, дружок мой. Вот вытяжной шкаф, вот шкафы с химической посудой и реактивами. Прощаюсь, прощаюсь… По полу, по стенам, по шкафам и столу ползли лучики света.

Фельдмаршал задул свечи. Он любил именно полутемноту. День-ночь, свет-тень, верх-низ, видимое-невидимое не были для него непримиримыми противоположностями. Так учил Ньютон. И ещё учил: «Все, что мы видим, осязаем, слышим, вообще чувствуем и о чём думаем, может быть описано числом». Да, число имеет Силу. Сила выражается количеством. Но не только. «Есть в числах оккультная символика, связи и принципы.