Следы на песке

Я видел, как твой поцелуй останавливает сердца. Неужели я так его и не заслужил? – Я стряхнул с ладоней песок и, наконец, посмотрел Диане в лицо.

– Ты так и не будешь жить четвертую жизнь, Мастер? – Я улыбнулся, достал из-за спины свой клинок и положил его на колени Диане – Смотри. – Диана провела пальчиком с розовым ноготком по лезвию, которое тонкой паутиной уже покрыли сколы и трещины.

– Неужели Мастера перестали любить девы Хартленда или самого Мастера перестал интересовать его дом? С этого же начинается жизнь…

– Мой дом, Диана, вовсе не стены.

Стены нужны девам для того чтобы их детям не угрожал холод и ветры. Дом Мастера… – Я запнулся и в растерянности развел руки в стороны. – Все это, Диана. Все это вместе. Все это и еще на сотни лет до и на сотни лет после. Разве можно построить вокруг этого стены?

– Хорошо, Мастер. Я подарю тебе свой поцелуй. – Она подняла подбородок, посмотрела мне прямо в глаза, улыбнулась, и, вдруг, забросив голые руки на плечи, прильнула своими алыми губами к моим губам, истрескавшимися под всеми ветрами пределов Терры.

В глазах потемнело и мне показалось, что остановилось сердце. Я не чувствовал ничего кроме сладкого поцелуя Дианы и ее упругой груди с торчащими от возбуждения сосками под тонким шелковым платьем. Прошла вечность как мне показалось, и я даже успел ощутить благодарность к Диане за то, что она сделала. Но она отпрянула, бросила руки себе на колени и посмотрела на меня хитрым взглядом. Улыбнулась, показав сахарные зубы.

Потом закинула голову назад, и поправила волосы. Воплощенное искушение. Да… Это почти смерть. Человек теряет разум и волю. Становится беспомощным и слабым. Но. Темнота ушла. Солнце вновь появилось в небе, и из груди исчезла сладкая истома преджелания того что все наконец закончится.

Диана сидела напротив меня, глядя в лицо смеющимися глазами. Я так же сидел рядом, хотя уже давно должен был бы лежать в прибое белых волн и Перевозчик деловито шарил бы в моих карманах.

– Почему я не пал, Диана? – Я с удивлением осматривался вокруг.

 – Я видел, как ты останавливала своим поцелуем сердца многих и многих.

– Ты так и не понял, Мастер?

– Нет…

– Вспомни, как мы встретились в первый раз. Не в бою, а так как сейчас. – Я отвязал от пояса кошель с жемчугом. Распустил тонкий шнурок из воловьей кожи и достал одну из жемчужин. Молочно белую. Совершенно круглую и стал греть ее в ладонях.

Серая Пустошь растворилась в ярких сполохах жемчуга.