Маньяки выходят из подполья, или Супериор

Впрочем, в здешнем полумраке Коюров не мог на все сто поручиться за цвет её волос. Да и за выражение лица тоже. «Эх, жаль, что „Орифис“ так рано не играет! – подумал Коюров. – Можно было б пригласить её на танец, познакомиться…»

Конечно, только если это «Бесштанное отверстие» лабает такую музыку, под которую можно танцевать…

В общем, тренировать наблюдательность особо не на чем – к такому выводу пришёл Максим. Тут и Андрей подрулил с подносом, в этот раз – основным, более основательным, а не как в прошлый раз – площадью только под один бокал.

Расставил тарелки на столике, прокукарекав приторное «Бон аппети!», выпрямился с явным намерением снова исчезнуть, да Максим вдруг сострил в ответ: «Мерси!» – и сбил Андрея с толку; тот отчего-то застыл этаким соляным столпом, к столику боком, так что голову вывернуть пришлось, поскольку уставился на клиента с немым вопросом.

– Ещё раз прошу прощения, Андрей, – начал Коюров искательно, несколько издалека. – Я ведь никоим образом не преследовал цель вас обидеть.

Просто хотел понять… – как такой оазис толерантности сохранился в пустыне нынешней жизни. И вообще… хотелось бы получить более широкое представление – чем живёт этот милый городок? Так сказать, из первых уст!

У Андрея промелькнула на лице улыбка, правда, всё ещё осторожная, недоверчивая.

– О, жизнь в нашем милом, как вы изволили выразиться, городке тиха и спокойна!

– Совершенно тиха и спокойна? – повторил Максим.

– Абсолютно! – отчеканил Андрей. – Вместе с тем вы можете провести у нас время очень интересно! У нас, в «Человеке-жуке»! Приходите вечером, помимо живой музыки легендарного «Боттомлесс» вас порадует и многое другое! Вечера в нашем заведении упоительны, просто незабываемы!

– Спасибо, – кивнул Коюров задумчиво.

 – Непременно воспользуюсь вашим приглашением.

Андрей ретировался в местное «зазеркалье»; причем Максиму показалось, что в этот раз на процедуру «перехода» у него ушло меньше времени (иллюзия; скорее всего, Коюров сам себе это внушил). Теперь можно было и приступить к трапезе.

Тем более что аппетит у него и впрямь разыгрался. За едой Максим понял, что под «сингупанковскими» названиями скрываются самые обычные блюда. Салат, которым он начал трапезу, точно оказался обычным фруктово-овощным салатом.

Когда он с ним покончил и перешёл к супу, грустная блондинка, с которой Максим не прочь был познакомиться, поднялась из-за столика и ушла. «Так музыки и не дождалась!» – с досадой констатировал Коюров.