Мажор. Умереть, чтобы родиться

– Вика… а если найду? А рапорт уже напишу? Глупо…

– Глупо табельное было терять, – резко бросила Родионова.

– Это мажор этот, урод сопливый, – зло ответил Данила. – Пнул его в сток.

– «Урод сопливый» тебя разоружил, – укоризненно заметила Родионова.

Игорь в своем укрытии тихо засмеялся и прикрыл рукой рот, чтобы случайно не выдать своего присутствия. Слушать было интересно, но не хотелось, чтобы его застали за этим занятием.

– Вика, до завтра, – начал просить Данила. – Если что – скажу Прянику, что ты была не в курсе.

Никому про ствол не сообщал.

– Дело не в этом… – вздохнула Вика. – Хуже бы не сделать.

– Куда уж хуже… – согласился Данила, помолчал и добавил: – Он в решетке. Больше негде.

– Надеюсь, – наконец согласилась Вика. – Если нет, завтра пусть лучше не наступает.

– Спасибо… люблю тебя.

Игорь оторопело открыл глаза и осторожно приподнял голову над ящиками. Родионова с Данилой стояли в нескольких метрах от него. И Данила целовал свою начальницу, нежно держа ладонями ее щеки.

Упс! Сюрприз.

Смоленцев пришел в отдел, когда все были в сборе. Даже попугай, казалось, обрадовался приходу эксперта. Он шумно забил крыльями, вскарабкался по прутьям на перекладину и радостно изрек:

– Чистосердечное! Чисто-сердечное!

Иван Петрович с удивлением посмотрел на птицу поверх очков.

– Сколько он у вас? Два года?

– Два с половиной, – ответила Вика. – Купила сестре, а у нее аллергия обнаружилась.

– И заговорил… – одобрительно покачал головой эксперт.

– Пряник дурак! – выдал попугай скрипучим голосом, чем-то напоминающим голос Аверьянова.

– Компрометирующая птичка, – улыбнулся эксперт и посмотрел на Жеку: – Говорит, что слышала. Теперь от начальства придется ее прятать.

Вика тоже посмотрела на Аверьянова. Тот возмущенно начал оправдываться:

– А чего сразу я? Не говорил я при нем!

– Ладно, – Вика спрятала улыбку. – Иван Петрович, вы с результатами вскрытия?

– Да. Вот заключение, – эксперт протянул через стол Родионовой несколько листов бумаги.

 – Смерть наступила от падения с высоты. С очень большой вероятностью перед падением была жива. Алкоголя и наркотиков в крови нет… Желудок пустой… Беременность. Четвертый месяц. Четыре с половиной. Фотографии там же…

– Спасибо, Иван Петрович, – Вика благодарно улыбнулась эксперту.

– Я пойду. – Смоленцев развел руками: – Работы на двоих.

Смоленцев вышел, а оперативники уставились с ожиданием на Вику.