Последние рыцари. Фантастическая сага «Миллениум». Книга 1. Том 1

Сразу, впрочем, видно, что вы с ними не общаетесь, иначе знали бы, как любят они изводить и себя, и близких, как много мелкого эгоизма скрывается за помощью ближним и как часто люди предпочитают самых близких – себе. Многовато же вам народа придется отмести, чтобы наслаждаться обществом «нормальных». Кто же тут тоталитарен? Впрочем, мы долго стоим на этом вопросе, а я ответил еще не на все ваши тезисы. А ведь они покоятся на массе логических ошибок! Так, вы смешали в кучу сознание индивида и выживание человечества как вида.

Да, последнему действительно нужно держаться меньше и ограничивать индивидуальное потребление во благо окружающих, и в конечном итоге он получит больше и дольше будет обеспечен. На этом и стоит ваш песочный замок, но он чудовищно слаб. Дело в том, что ни один человек не обладает сознанием улья, не ощущает себя грибочком в грибнице. Каждое сознание индивидуально – или прощай, столь любимый вами индивидуализм. Однако, любое ограничение для блага других в рамках сознания субъективного – а с ним мы и имеем дело, это ограничение собственной потенции. Человек всегда получит больше, если не будет делиться с другими. Я знаю возражение, будто только в обществе мы можем существовать, и тот, кто пользуется другими, будет изгнан. Это верно только если человек глуп, только если он отбирает у других силой. Но никто не делал бы и этого, не неси это в себе счастье и удовольствие более сильное, чем быть добрым. Все еще хуже – если человек умен и последователен, ваша мораль диктует ему реализовать в себе максимум. Тогда он пойдет в политику, тогда он будет спекулировать на финансах, крутить аферы, разбивать сердца, наконец, лгать избирателям, выворачиваться и наслаждаться действительной полнотой жизни. Вспомните хотя бы Франсуа Левиттена – «героя» последних войн. Он успел сменить с десяткок покровителей, диктаторов, революционеров, предавая их одного за другим, и каждого покидал, становясь лишь богаче, купаясь в роскоши, женщинах, излишествах. Он убивал политических противников, он без колебаний отказывал своим детям в копейке, тратя сотни тысяч на званые обеды – и умер в золоте, в преклонном возрасте почти трехсот лет, с улыбкой на устах. Был и Отто Фельц – мясник времен той же диктатуры, который убивал, пытал и также умер в окружении пра-правнуков, глубоким стариком. Каждый из них был человеком сугубо логичным, логичным до конца. Эмоции, и ничто иное диктуют вам, что хорошо только то, во что верите вы сами, но вы грешите против логики и объективности.