Последние рыцари. Фантастическая сага «Миллениум». Книга 1. Том 1

Стало как-то неловко и неуместно, она вдруг вспомнила, что вряд ли кто-то пригласит ее на танец. Ей иногда казалось, что другие ребята ее сторонятся. Не прогоняют, не говорят ничего плохого – но Альбина видела, понимала, что с ней никто не бывает откровенен до конца, как друг с другом, что она, например, хотя и вполне своя в компании ребят, будущих коллег по Ордену, но все же у них есть свой, если угодно, «внутренний круг», и она в него не входит. Замолкают порой разговоры, стоит ей войти, резко меняют тему – нечасто, но все равно от этого больно и хочется плакать.

Что ж, если даже не удастся насладиться праздником сполна, всегда можно просто посмотреть, посмеяться со всеми заодно, потанцевать в общем кругу. Хоть что-то, в конце концов.

Хоровод, тем временем, уже затихал – все больше студентов уходили в Университет, в общежития, чтобы подготовиться к балу, те, кто жил дома, спешили к порталу – чтобы успеть переодеться и вернуться к началу.

Альбина застыла на месте, смотря на новогоднюю ель – все же, откуда пошла эта странная традиция, кто ее придумал, как связана ель и условная дата отсчета лет в календаре? Впрочем, нельзя отрицать, что все это вместе – и ель, и Дед, и мандарины, и хрустящий снег – было неповторимо, волшебно и непередаваемо.

Этим днем, этим вечером хотелось дышать, хотя в душе смутная грусть твердила, что этот год надо встретить особенно радостно, потому что дальше… а что будет дальше? Дальше, твердило предчувствие, все может свернуть куда-то… не туда.

Ей вдруг стало холодно, и Альбина решила вернуться домой – надо еще привести себя в порядок, надеть платье, повертеться перед зеркалом – хоть раз в году!

Отца она застала ровно в том же положении, в каком он был, когда она уходила – погруженного в чтение.

Выбор у нее был не самый обширный – отец никогда не отказывал ей в покупках, но выходило так, что чаще предлагал он, чем хотела она. А Альбине ужасно не хотелось быть похожей на кого-то вроде Эммы или Мари – этих модниц и любительниц открытых платьев, у которых едва ли не по платью на каждый день года.

Научились у наставницы, о чем тут думать. Глория Ли была настоящей ведьмой, и, что по-видимому было синонимом, настоящей стервой – и этому искусству у нее учились самые популярные и красивые девушки потока. Впрочем, был и один парень, Тоби Ле Руз – тонкий красавчик с модельной прической цветными прядями, в кожаных, облипающих штанах и с кокетливыми манерами.