Последние рыцари. Фантастическая сага «Миллениум». Книга 1. Том 2

 – Да, и это при том, что сам Старый Дурак, любитель защищать биомусор, сам оказывается не умнее этих идиотов. С кем поведешься… – Да, тут или – или. Либо познание и жертва всем человеческим ради бесконечного развития, и – так уж выходит – спасения мира, не от альтруизма, конечно, а просто где-то надо жить, либо отупение и скатывание в кретинские проповеди перед плюющей в тебя же чернью. Даже жаль – какой великий некогда разум мы теряем!

– Ну, Тьму не обеднить, она-то знает все. Так что если старый дурак встал на пути прогресса – его проблема.

Сметут, вместе с мусором масс, который ему важнее действительно ценных единиц.

– Именно. Мы, по сути, сами защищаемся. Кто дал бы Повелителю вести его работу, его великие исследования открыто? Сразу бы начались вопли о негуманности, опасности… Ну, вот и жили бы до сих пор в каменном веке, если бы это кого-то останавливало.

– И самое возмутительное – это они нас считают ретрогадами, потому что нам мерзко скрещиваться с низшим видом. Что они тогда сами с обезьянами в связи не вступают? А между человеком и Темным Магом пропасть выше, чем между обезьяной и человеком – и в интеллекте, и в кругозоре, и в интересах, и, собственно, эволюционно.

Разделение скоро завершится, и те, кто не успел – вымрут, будут отобраны Тьмой в гумус. И правильно – если не заслужил, то и не надейся. Все мы уйдем во Тьму – только одни чистым духом, перерожденным в вечном развитии, а другие – навозом, пищей, кирпичами и цементом.

– Смею думать, мы от этого недалеко, Отто.

– Я тоже, хотя спешить пока некуда. Включайте, если хотите, в статью. А мне пора – надо еще подготовиться к заседанию. Кстати, что думаете насчет этих самых предателей? – Я думаю, Кадмус решит эту проблему и без нашего вмешательства. С его-то опытом и знаниями… – Вот и я того же мнения. Ну, всего вам. Тьма в помощь. – Тьма в помощь!

Слышать все это было мерзко – и этот презрительный тон, почему-то смутно знакомый, и общее ощущение… Но опять предательский голос шепнул: «Что, если он прав? Как опровергнуть его логически? Ведь все безнадежно, если не удастся доказать, что он заблуждается – но у кого спросить? Грандмейстера? Да, только его… Но сначала – дело.

А оно требовало, чтобы мы вернулись в это жуткое место, на их шабаш.

Александрина и не скрывала ехидной насмешки.

– Я вижу, господа, вам не по вкусу наши разговоры? Непривычный уровень? – Скорее, другие убеждения, – возразил я спокойно.