Перекрестки судьбы. Тропами прошлого

– Братан, ты там один, похоже? И ты явно в эту тему откуда-то «слева» влез, так? У тебя же ружье… ты из сталкеров, что ли?

Сергей, не отвечая, по-кошачьи мягко переместился еще ближе, лег на землю и прополз несколько метров, стараясь не покидать зоны прикрывавших его деревьев.

– Ну чего молчишь-то? Ты, если в тему не врубился, знай: они наших ребят на той неделе положили, должок за ними был.

«Ага-ага, должок. Ну-ну. Так, ближе не подойти, слева и справа какие-то канавы с водой, заросшие кустами и стволами мелких елей.

Придется в воду лезть. Черт, вымокну, да и услышать может».

– Давай побазарим, уважаемый? Ты, конечно, накосячил сдуру, но если по-незнанке, так я не в претензии. Разрулим.

И вот тут Сокольских вдруг услышал тихий плеск, звук раздался справа. Кто-то обходил его со стороны канавы. «Значит, был еще один бандюган, в тылу у оборонявшихся, – понял Птица. – И вот сейчас он осторожно пытается зайти сбоку. Вот почему седой разливается соловьем – ждет, собака, пока его боец зайдет мне в тыл.

Отвлекает, значит. Надо бы шансы подравнять. Если Седой поймет, что я их маневр вычислил и включится в бой со своим автоматом, мне придется худо».

– А давай, поговорим, – крикнул Сергей, стараясь прятаться за деревом так, чтобы его не было видно со стороны канавы.

– О! Ну наконец-то! – Седой явно обрадовался. – Я уж было решил, что ты немой или по-нашему не понимаешь. Так что тебе надо? Может, разойдемся миром?

– Давай, хрен с тобой! – подыграл Сокольских. – Только без западла, если уж расходимся, так расходимся, ага?

– Да о чем базар, братан? Я так меркую: мы сейчас с тобой одновременно подымаемся, без всяких нервных движений, и медленно уходим.

Ты налево, я направо. Слово тебе даю, не трону.

– Хорошо. Только ты первый поднимись и руки разведи с оружием, так, чтобы я плохого не подумал.

Седой некоторое время размышлял, потом крикнул:

– Эй, а какие гарантии, что ты не шмальнешь?

– Хотел бы шмальнуть, уже все кусты бы продырявил, ты-то меня не видишь, а вот я твою позицию – как на ладони.

Не дрейфь, босо`та, мы же договорились?

Конечно, Птица лукавил: Седого, притаившегося в густом кустарнике, он вообще не видел, и стрелять вслепую было бы глупо. Только бы свою позицию раскрыл. Плохо было то, что заходившего сбоку бандита теперь совсем не слышно было: затаился, наверное, ждал, пока стрелок сам выйдет.

– Ладно, братское сердце, верю тебе! Выхожу. – Седой медленно поднялся из-за кустов.