Поводок Гелиоса

– Кража электроэнергии подпадает под статью 7/17 свода правонарушений Юнион-Сити и преследуется в установленном порядке. Я должна сообщить в отделение неправомерного расходования частных ресурсов.

– Ну раз должна…

Я улыбнулся тьме.

– Сеть недоступна. Запрос сохранён.

Ископаемые ртутные лампы неровно мерцали, выхватывая из тьмы опухшие ноги, кучи тряпья и пластика. Испуганные глаза на грязном лице за дырявым пологом.

Подношу к губам палец. Зелёные огоньки исчезают. Иду аккуратно, переступая через тела.

Верхний ярус, бывший когда-то центральным транспортным хабом старого города, теперь полностью забит палатками. Высокий сводчатый купол тонет в кромешной тьме. Откуда-то доносятся стоны, где-то раздаётся тихий кашляющий смех. Глухая возня. Плесень сегодня спит беспокойно.

– Скоро, очень скоро они проснутся. И нам бы убраться отсюда до этого. Лив, отрежь пару часов.

– Хорошо, Тео.

Спускаемся.

От воды пахнет свежестью, воздухом. Холод ломит колени. Приходится идти быстро и шумно, но поток бешено ревёт, заглушая шаги.

Дальше в тоннеле три года назад застрял состав. Вода через месяц-другой уйдёт, плесень сползёт вниз, забросает дерьмом всё, до чего дотянется, а оттуда хлынет и на другие станции, вытесняя еще глубже под землю тех, кто не сможет сопротивляться – больных, стариков и калек. Когда вода остановится, это место превратится в тухлое болото. Охотничьи угодья – однажды нарочито небрежно обронил старый шутник Склера, хищно облизывая губы.

Здесь и находились старые камеры хранения.

Хорошее место, чтобы что-то спрятать.

И худшее из возможных, чтобы что-то найти.

Я споткнулся, едва не окунувшись с головой в стылую муть. И упал бы, если бы не борд, с которого на меня уставился выцветший портрет – бледная чинки держала перед лицом руку с огромным уродливым линком[16 - Линк – вшитый в кожу предплечья порт позволяющий осуществлять сопряжение комма с внешними устройствами. На данный момент представляет устаревшую технологию, используемую либо низшими слоями общества, либо преступниками из-за относительно высокой надёжности и низкой отслеживаемости при проведении операций.

]. Шестой модели, кажется. Из тех, что неожиданно и стремительно отторгались на десятый-одиннадцатый год, породив целое поколение одноруких калек с остро прогрессирующей нейродегенерацией.

«F-link – Завтра делает нас лучше» – гласила надпись.

Отчаянный вопль разбился о стены и эхом пронёсся по тёмному перрону. Я вздрогнул и ускорил шаг.