Исчезновения в Гальштате

И дочка есть. У дочки муж.

– Получается, она будет твоей сестрой? – переспросила Люба.

– Я не знаю. Наверное. Но пока мы только гостевой режим оформляем. А только потом он меня под опеку возьмет, если все хорошо будет…

– А ты, вообще-то, как сам думаешь? Понравился ты ему? – напрямик задал вопрос Витька.

– Мне кажется, что понравился. Он мне на прощание сказал, чтоб я ему обязательно завтра до девяти утра написал эсэмэску, хочу ли я с ним еще и завтра продолжить общение.

– А ты что? Не хочешь? Еще не решил, что ли? Сомневаешься?

– Нет.

Не сомневаюсь. Я же говорю: он мне очень понравился.

– Тогда почему ты ему сразу не сказал, что ты уже и так решил, что хочешь, чтобы он тебя к себе забрал? – допытывался Витямба. Все остальные молча слушали наш диалог.

– Я не знаю. Просто он так предложил… Завтра… До девяти… чтобы я подумал…

– Ну ты и дебил, Белов! Он-то, наверное, надеялся, что ты сразу согласишься, как только он спросил, а ты?! Какого тебе хрена надо до утра-то ждать?! Прям сейчас напиши ему! У тебя его телефон есть?

– Да, он мне свою визитку дал.

 – Я заволновался, понимая, что Витямба прав, что я явно лоханулся и что мне надо срочно написать ему. Я кинулся в комнату и притащил в холл визитку:

– А что мне ему написать?

– Ну, можно написать: «Я согласен с вами завтра встретиться опять», – предложила Кристина.

Витямба постучал пальцем по голове и скорчил рожу, намекая, что этот текст подходит только для дешевых любовных романчиков и сериальчиков.

– Пиши так… «Жду вас завтра»… нет… даже так: «Очень жду Вас завтра!»

– Правильно. Но в начале еще прибавь: «Большое спасибо за сегодняшний день. Очень жду Вас завтра», – уточнил текст Аверьянов.

Я судорожно набрал на смартфоне: «Большое спасибо за сегодня! Очень жду тебя завтра!» – и нажал кнопку «отправить». Но телефон пискнул, и появилась надпись, что для данной операции у меня не хватает средств. Витька, склонившись надо мной, смотрел, что я пишу, и прочел вслух всем сообщение автогенератора:

– Черт! Это же не местный номер, московский.

У тебя просто нет права роуминга в другой дальний регион! – Он ругнулся матом и схватился за голову. – И у меня тоже нет. И ни у кого у нас в детдоме нет…

– Что же теперь делать? – спросил чуть не плача Кирюша. Все в оцепенении молчали.

– Если я до завтрашнего утра ему не напишу – он уедет… и больше никогда… Никогда ко мне не вернется, – я почти прошептал это. Но все меня услышали.