Нереальные истории 2

Галина Владимировна выдохнула, поняв, маленькие разбойники ушли, а значит можно и передохнуть. Детей она любила, но к вечеру её возраст напоминал о себе. Большинство дней именно так и проходили, когда не было места куда спихнуть детей, их отводили к ней и она нянчилась с ними, будто это её. Взамен родители заваливали её вареньем, мукой, ну и различными полуфабрикатами. А бабушка, была довольно, она нужна и её любят, а что ещё надо человеку в старости: немного любви и заботы.

Поздно вечером в её дверь постучались, она открыла и обнаружила стоящим на пороге парня, на вид лет восемнадцати, не больше.

– Здравствуй бабуль – сказал он.

– А вы кто? – удивилась бабушка – я вас не знаю.

– Я Антон, ваш внук, моя мама Надежда Викторовна Смолина.

– Надя – Галина Владимировна ещё больше удивилась, она дочь не видела с момента ухода Виктора, её мужа, они тогда сильно поругались и больше не встречались, с тех пор прошло лет двадцать, в общем-то все сходится.

– Можно пройти – он сделал шаг в прихожую, но, а Галина Владимировна, была не против, она отошла в сторону пропуская его. Он прошел и уселся на небольшой пуфик, стоящий у стены напротив, как раз между дверьми в туалет и ванную.

Ей всегда говорили, ему тут не место, можно ночью пройти и запнуться о него, но для неё этот пуфик был её хитростью. Дети которых оставляли у неё, обычно носились как угорелые, их скорость порой была просто бешенной, а контролировать их было сложно, вот этот пуфик служил небольшим таким препятствием, перед которыми карапузы притормаживали, чтобы не ушибиться.

– Вот, возьми тапочки – Галина Владимировна пододвинула к нему их, он тут же одел.

– Чаем угостите, а то я с поезда ничего не ел – бабушка ему улыбнулась и повела его на кухню. Поставила чайник, перед ним положила несколько пирогов, а сама села напротив его. Парень сел за стол и достал из кармана кошелёк.

– Надо было сразу, показать вам фотографию – он достал кожаный портмоне и из него извлек небольшую фотографию, и передал её Галине Владимировне.

Она взяла фотографию в руки, посмотрела на неё, встала со стула и пошла в комнату, с серванта достала очки и одела, от того что она увидела на фотографии, ей немного поплохело, голова закружилась, она уселась в кресло, и вытерла глаза. На фотографии оказались изображена её ещё молодая дочка и маленький ребёнок на руках.