Колыбель за дверью

Если с Таней всё было просто: тёмно-синие джинсы, ковбойка в клетку, чёрная осенняя куртка с капюшоном из плащёвки и осенние кроссовки, то наряд Наташи был куда изысканней. На ней была плотная, серая, клешёная юбка волнами, ниже колен, из английской шерсти с красной искрой, из-под юбки выглядывали плотные, белые колготки с набивным рисунком, которые прятались в короткие красные полусапожки из тесненной кожи. Снятая красная, короткая, приталенная со свободным верхом, курточка из лайки висела на вешалке, а на юбку слегка опадала кофточка из белой ангорки, с воротом под горло.

Редкое кольцо – две перевитых змеи, двуцветного золота, держащих в пастях сияющий белый камень украшало безымянный палец левой руки. Такие же элегантные серьги штучной работы от классного мастера в виде змеиных голов, дополняли комплект. Украшения рассыпали по прокату холодные синие искры. Само собой, подобный туалет не мог не привлечь внимание.

Наташа, чувствуя несколько затянувшуюся паузу после ухода Радомира, легко разрешила ситуацию:

– У меня предложение есть, если кто не против.

Мы сразу все перейдём сейчас на «ты» и без церемоний, да? Целоваться с Акимом я не стану – Таня за меня поцелует, так? Будем друзьями и будем чай пить – повод есть. Сейчас мы с Таней идём в кондитерскую за пирожными, потому как Максим Андреевич всё съел сам, – Максим, при этих словах, виновато посмотрел на пустую коробочку.

– Не понимаю, как такое случилось, – смущённо пробормотал он.

– Я, зато, хорошо понимаю. Ты просто обжора, да? – ласково сказала Наташа. – Пойдём, Таня, мальчикам есть о чём пошептаться, а мы с тобой погуляем, хорошо? – она, накинув свою курточку, взяла большую, по моде, красную кожаную сумочку и направилась к выходу. Таня, стрельнув в Максима глазами и не проронив ни слова, отправилась следом.

– А ты, какими судьбами, Аким? – с некоторой неловкостью спросил Картузов. – Пару часов, как смену сдал. Соскучился?

– Да я за Татьянкой заходил, она же тут недалеко живёт, на Ленсовета.

Вот, решили к вам заглянуть, может нужно что, – немого натянуто отвечал Аким. – Извините, не хотел помешать…

– Это ты, брат, извини меня – не был с тобой откровенен до конца. Всё оттого, что не мой секрет, а половина правды всегда глупо выглядит. Так случилось, что я и Наташа,.. как бы сказать,.. мы вместе, и мы расстаёмся, понимаешь?

– Нет, Максим Андреевич, не понимаю, – честно сказал Аким.