Последний из рода Саламандр

– Эран, Айси, это случаем не ваш отец там бушует? – спросил я в шутку у близнецов.

Когда умер глава рода Кирнон, Резан был очень зол. Девять дней над Кризосом такие вот тучки висели. Потом, правда, он две недели не выходил из своей комнаты. Мне тогда было восемь лет и не задумывался над всем. Только гораздо позже узнал, что новый глава рода это всё устроил и получил истощение.

– Нет, – с серьёзным видом заявил Эран, осмотрев небо. – Тут кто-то с папиного анклава. Мы бы точно узнали его неповторимый узор плетения.

– Ага. – Кивнула Айси. – Он сегодня, когда приехал, сказал, что к нему старый друг из анклава придёт. Что-то там про год Воздуха и много-много работы! – начала корчить рожицы девочка, а брат близнец залился звонким смехом.

– Ребята я же пошутил. А откуда вы знаете, какой у него узор?

– Нас папа научил различать, – добавила Айси.

– То есть дождя не будет, – заключил я. – Ну хорошо хоть тень над городом создали! А то сегодня что-то сильно припекает.

– В год Огня всегда так жарко, – произнёс Эран.

 – Так мама говорит!

Вдруг небо пронзила молния, длинная и ветвистая, а за ней секунд через десять пришёл раскат грома, сгоняя птиц с насиженных мест. Правую ногу от бедра до кончиков пальцев прошила боль, на несколько секунд сковывая мышцы, будто удар электричеством.

Я сбился с шага, а затем вообще остановился, держа за руки близнецов. Быстро сориентировавшись, предложил зайти в ближайшее кафе за мороженным. Переждём грозу и гостей Резана в кафешке.

С трудом удалось размять ногу, что не осталось без внимания у близнецов.

– Салем, уже совсем старый стал! – отшутился я.

Через час мы всё-таки добрались до дома, на большее время задерживаться в городе с детьми могущественного аэрта и мага молний было бы чревато.

Ещё на подходе к дому во внутреннем дворе заметил богато украшенный самоходный экипаж и с заумным видом гуляющего вокруг молодого возницу в форменном кожаном мундире небесной расцветки.

Дети с порога похвалились о том, что я их угощал мороженным, и то, что я хромал половину пути до дома.

Пришлось сказать, что слегка подвернул ногу. Был бы Резан игнисом – испепелил бы взглядом на месте. Без шуток. Под его взглядом я почувствовал себя бесполезным ничтожеством. Он хотел отправить меня к лекарю, но я сказал, что уже всё прошло, и, поклонившись, отправился выполнять дальнейшую по плану работу.

А ночью снова появился сон с огненной ящерицей.