Джинн Искрюгай в любви и на войне

 – Боятся вспоминать, как наши предки их крушили…

–Крушить-то крушили, да не сокрушили, – возразил Полыхай. – А теперь почти половина джиннов по всяким хитрым магическим ловушкам сидит…

–Да, они научились с нами бороться, – не сдавался Отжигай. – Но у кого научились? У нас же самих! Какой была бы сейчас вся их магия, если бы не мы?

Искрюгаю такой спор был неинтересен, и он, поднявшись, прошёл по жемчужно-сероватой в лунном свете, клубящейся туче до самого края. Далеко внизу проплывали бесконечные пески. Хотя «бесконечные» – это, конечно, из разговоров смертных.

Джинн в полной силе эту пустыню за полтора часа пролетает. Но вот остановись посреди барханов, почувствуй покалывание песчинок, прислушайся к сухому дыханию горячего днём и леденящего ночью ветра – сразу поймёшь, что значит слово «бесконечный».

Два джина, оставив спор, подошли к своему спутнику и тоже посмотрели вниз.

–Гляньте – караван ночует, – сказал Отжигай.

Среди песков билась искорка костра. Видны были спящие верблюды, рядом с ними лежали полосатые тюки, вокруг костра были натянуты пологи, под которыми спали смертные, вкушая недолгий отдых в середине тяжкого пути.

–Я уважаю смертных, – неожиданно даже для себя сказал Искрюгай. – За то, что их не пугает короткая жизнь. За то, что они учатся – и назавтра обязательно сделают то, о чём только мечтали сегодня, и чего никто от них не ждал вчера. За то, что они идут там, где не могут лететь, и ползут там, где не могут идти – но никогда не останавливаются. Мы, могучие и бессмертные, – смогли бы вот так?

Он оглянулся на товарищей.

–Что бы нам ни говорили поклонники старины – я никогда не устыжусь того, что работаю со смертными.

Одинокий костёр уже уплывал за горизонт, когда Отжигай заговорил:

–Было у меня однажды… Я на «Ястребе» колёса крутил. Тогда ещё суда в броню не одевали… Вот, вышли как-то в патруль. И вдруг, откуда ни возьмись, тушканский лёгкий крейсер, с паровой машиной, заморской, новенькой. Капитан наш говорит: «К бою! Просигнальте им, чтоб проваливали, и если через три минуты не повернут – откроем огонь из всех орудий».

Только сигнальщик флажками своё отмахал – тушканцы как дали залп… Рубка – в щепки, двух матросов смело, мачту перебило, в полуфуте над ватерлинией – дыра вот такая… Понятно, капитан трёх минут ждать не стал, ответили… Те не унимаются. Ядра так и летят, фрегат как бешеный пляшет, шпангоут трещит, палуба в крови. А капитан спокойно так: «Не угостить ли непрошеных гостей картечью?» Вдарили.