Три дня без чародея

И очутился там очень даже вовремя: Упрям, как раз добился подходящей по силе молнии, и теперь спешил погасить весело полыхавший угол сарая. Получив посохом по макушке, он покорно предоставил учителю восстанавливать порядок, после чего был принужден ответить на неприятный вопрос: если одна молния потрачена на сарай, то куда ушли вторая и третья (работая в башне, Наум отчетливо слышал три громовых удара)?

Больших бед Упрям, как выяснилось, не натворил, но и совсем без них обойтись не сумел.

Вторая молния спалила копну прошлогоднего сена на боярском лугу, а третья разворотила старый мост через Кудрявку.

– Если кому и навредил, так сам себе перво-наперво, – заявил чародей, – К Кудрявке теперь лучше не приближайся: под тем мостом тамошний водяной жилище себе сладил – коли узнает, кто его разворотил, зашибет.

– Ой, да я его-то, часом, не зашиб ли? – испугался Упрям.

– Что ему сделается, окромя двух шишек? Ты, чем лясы точить, бери-ка доски да молоток, дуй наверх.

Отодвинешь сундук – увидишь, что заколачивать. Будут глазить – дули кажи да молотком отмахивайся.

– А кто там глазить будет? – побледнел ученик чародея.

– Вернее всего, никто – так, на случай говорю. Ты, главное, не вздумай заклинания читать. Дули и молоток!

Право, лучше потом самому с ученика сглаз снимать, чем гадать, что он по запарке наколдует…

Нарочный от обделенного сеном боярина прискакал быстро, стал требовать ответа: с чего это с ясного неба молнии падают, порядочным людям убытки чинят? Зная злобную мелочность боярина Всехвата и болезненную честность Упряма, чародей решил не звать ученика, ограничившись неопределенным ответом: мол, боремся мы тут с особо нехорошими травами, какие порядочных людей вообще могут со свету сжить.

И сразу заплатил за попорченное добро три полушки медью, пока жадный боярин не прислал счет на десять кун.

Спровадив нарочного, поднялся наверх и понаблюдал, как Упрям латает дыру, одновременно пытаясь заигрывать с суетившейся внизу привлекательной и бесстыдной девицей.

Многообещающие гримасы его, впрочем, пропадали даром: надо полагать, даже в странном сопредельном мире шаловливая улыбочка плохо сочетается с кукишем.

Эта дыра добавила Науму лишней работы. Забить-то забили, да ведь доски можно выломать и с той, и с этой стороны. Судя по оживленным голосам снизу, нечто подобное там и замышляли.