Три дня без чародея

Пролистнув несколько страниц назад, Упрям окончательно убедился в своей правоте: вся эта часть книги именовалась «Загадки об обряде свадебном». Ничего удивительного: что еще могло волновать Василису в эти дни?

Ученик чародея тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и положил книжку перед собой. Теперь заклинание.

На море-океане,

На острове Буяне

Лежит камень Алатырь.

У корней лежит,

Древо сторожит.

Как тверд камень Алатырь,

Так твердо слово мое…

Это для сосредоточения.

Хороший чародей, даже не используя внутреннюю силу, заклинание часто произносит мысленно, а желание свое держит в уме, еще только к волшбе приступая. Упряму было далеко до таких высот, но и он уже почувствовал, как забегали по пальцам невидимые токи – это проявился живой след княжны, отпечаток ее духа.

Древо высокое,

Ветви широкие,

Древо стоит,

Небо сторожит.

На ветвях его сидят четыре сокола,

Первый золотой, а второй серебряный,

Третий медный, а четверт железный.

Четыре сокола сидят,

За море-океан глядят,

Их глаза как огонь горят…

Пламя свечей дрогнуло, вода в миске заискрилась, замерцала.

Соколы, соколы, овиды Сварожьи,

Вам все видимо, вам все ведомо.

А мне, Упряму, послушнику чародея,

Ведомы ваши имена.

Вот оно, самое главное Имена произносятся тихо, но внятно. Бывалые волхвы с этого порой и начинают; Наум бы тем же обошелся. Когда-нибудь и Упрям достоин будет силы такой… Стоп, только не отвлекаться!

Соколы, соколы,

За море поглядите,

За океан посмотрите,

Княжну Василису

Велиславну из Тверди углядите,

Да мне покажите!

Вода подернулась дымкой, но через миг очистилась и явила «отраженное извне», как называл это Наум, – башню.

Более чем знакомую, потому что это была похожая на кремль башня дивнинского чародея.

Упрям сморгнул в удивлении и не заметил, как сменилась картинка. Теперь в миске отражался… Невдогад.

Склонился над картой, пальцем водит, одним глазом в «Землеописание Запада» заглядывает.

Ученик чародея разочарованно подул на воду, изгоняя видение. Где-то он ошибся. И наверняка ошибка простейшая – может, не стоило перед волшбой в загадки вдумываться да Невдогада поминать? Досадно – как-то аж по-детски, до слез. Вот вечно так!

Еще раз перечитав свиток, убедился: внешне все правильно. И свечи по сторонам света ровно стоят, и миска чистая.