Везение, прульность и всякое непонятное в моей жизни

Насколько они прульные, а насколько необъяснимые – решайте сами, прочитав их детальное описание ниже в главе «Страшная Тамань». Я для себя, начав с них весь анализ, так и не определился с однозначным ответом.

Вернувшись в Ярославль по очень настойчивой просьбе родителей, подкрепленной всякими обещаниями материального плана, я так и не стал пробовать варианты перевода в Москву, изначально мне железно обещанные. Все это в совокупности привело к тому, что к началу второго учебного года мой внутренний мир сильно изменился.

Оптимизма в оценке перспектив моей жизни значительно поубавилось, а степень безразличия к происходящему возросла. Оживал я только во время сессий, когда бился за стипендию. Мне нельхя было иметь даже одной четверки – такие тогда существовали правила.

Второй год учебы ничем, выходящим за рамки обыденности, не запомнился. Нельзя сказать, что с экзаменами проблем вообще не было. Были и даже очень не простые, но прульность оставалась мне верна. Поэтому пятерки исправно пополняли мою зачетку (да и она уже начала на меня работать).

Представляете, пытался вспомнить что я делал летом и не смог. Наверно просто болтался в городе.

К третьему курсу из Камбоджи (два года преподавательской деятельности отца, очень хотевшего иметь машину) вернулись родители, и пришлось мне из отдельной комнаты опять перебираться на диван в общую центрально-проходную. Прощай вольная жизнь. Очень тяжело было перестраиваться к режиму прежнего, почти школьного, существования. Я в нем уже не помещался.

Но выхода никакого не было.

И продолжилась моя, какая-то бессмысленная, учеба в Технологе. По этому поводу я даже не особенно рыпался, наверно еще год назад внутренне с этим смирился. И среда засосала и, по всей видимости, все-таки не было у меня настоящего стремления к цели (в отличие, кстати, от Джеральда Даррелла[1 - Джеральд Малкольм Даррелл – великий натуралист-любитель и известный английский писатель (читайте вторую книгу этой серии, где я разбираю странные случаи, имевшие место и в его жизни).

]). Более того, появилась еще и некая философии непротивления судьбе: если течение несет, то и пусть, само куда-нибудь да и выбросит. Наверно, во многом под влиянием таманских событий. Тогда именно так со мной всё и произошло.

И в последующие студенческие годы учебная жизнь моя протекала без эксцессов (ну почти). Иногда очень сильно везло при сдачах экзаменов (заниматься практически переслал), ближе к окончанию – реже. Безделье все таки начало сказываться.