Ермак: Начало. Телохранитель. Личник

Наполеон вот тоже упрекал нашего государя Александра, что его подданные, особенно казаки, воюют, не соблюдая рыцарских принципов ведения войны. Но если ты здоровее меня, в руках у тебя оружие, которым ты умеешь владеть, а я нет, то глупо ждать от меня, что я, как баран, пойду на убой, выходя с навязанным тобой оружием и на твоих условиях. Я возьму то оружие, которым владею хорошо, да и шарахну тебя тогда, когда мне будет удобно, без всяких правил. Это ты пришел и напал на меня, а я тебя не звал. Поэтому буду воевать с тобой как умею.

А когда одержу победу, тогда, может, и пожалею.

– Очень интересный вывод. Впервые слышу такую трактовку слов Толстого о «дубине народной войны». А с хунхузами ты воевал по правилам или нет?

– Конечно, не по правилам Мария Петровна. Если бы тогда стал биться как казаки, конным против них, то меня сразу бы зарубили. А так я пешим скрадывал их, как зверей, и нападал, когда они не ждали. Поэтому и смог их всех убить. Правда, фортуна в тот день неоднократно была на моей стороне.

Везло мне в тот день сильно.

– Удивительный ты мальчик, Тимофей. – Старушка-библиотекарь с какой-то грустью смотрела на меня. – Четырнадцать лет всего, а уже столько людских смертей на тебе, и дальше хочешь учиться людей убивать. И при этом ты такой весь светлый, чистый!

«Ох уж эти интеллигентские сопли! – зло подумал я про себя. – Жизнь человека – это всеобщая ценность… Тьфу, наслушался всей этой бредятины в своем мире! Ладно, бабуля, сейчас я тебе дам!»

– Мария Петровна, хунхузы убили моего отца, мать, брата отца, мою младшую десятилетнюю сестренку увели в рабство в Маньчжурию.

Когда пытались угнать наш станичный войсковой табун, они много раз пытались убить меня. Они для меня враги, смертельные враги. И я их буду убивать всегда и везде, где они мне только попадутся. И я буду учиться, чтобы убивать их как можно быстрее. И не только их, а всех врагов моего Отечества!

– Ух, раскипятился, как самовар! – Мария Петровна с усмешкой смотрела на меня. – Что я, не понимаю этого? Тридцать лет была женой офицера.

Два года назад умер муж мой. Старые раны сказались. Жалко мне тебя просто! Тяжел путь воина. А ты, судя по всему, пойдешь по нему не самой легкой дорогой. Дай Бог не ожесточиться тебе на этом пути!

Мария Петровна перекрестила меня и, притянув голову к себе, поцеловала в щеку.

– Бери все тома «Войны и мира» себе в подарок. У меня дома есть, принесу в библиотеку на замену. Одевайся, и пойдем в гимназию.