Противостояние

Но почему они нацепили эти нелепые балахоны? И почему не взяли с собой никаких вещей?» Желая разобраться во всем до конца, он продолжал свое преследование. Благо спрятавшаяся за тучи луна и густые заросли вдоль тропы позволяли оставаться незамеченным без особых к тому усилий.

Фожеренцы перевалили за седловину и оказались в небольшой ложбине, укрытой со всех сторон холмами. Деревьев в ложбине было совсем немного, и это были не оливки, а редкие в здешних местах раскидистые дубы.

Меж дубами, среди высокой, почти по пояс, с серебристым отливом травы чернели прямоугольники каменных плит.

Это место, судя по всему, и было целью путешествия людей в балахонах. Дождавшись, когда все участники процессии втянутся в ложбину и начнут образовывать кольцо вокруг большой горизонтально лежащей плиты, изготовленной, судя по цвету, из мрамора, Карл огляделся по сторонам, подыскивая удобную позицию для наблюдения. Лучшим местом оказалась едва заметная впадина за развилкой двух не особо толстых стволов, прикрытая с одной стороны косо торчащим из земли осыпавшимся плоским камнем.

При внимательном рассмотрении на камне обнаружились остатки надписи, сделанной на латыни. Карл понял, что место, в которое его привели эти странные люди, – сотни лет назад заброшенное римское кладбище…

Тем временем один из балахонщиков вышел в центр круга и встал у торца мраморной плиты. В руках он держал толстую книгу в кожаном переплете и большое каменное распятие.

Внимательно оглядев присутствующих, человек сипловато заговорил:

– Братья и сестры! Не лучшее время мы выбрали для того, чтобы провести молебен. В селении окопались паписты, которые ради мирских благ и светской власти жаждут крови людей, с риском для жизни сохраняющих идеалы истинного учения, данного нам самим Христом. Но выбирать не приходится. Сегодня последнее полнолуние перед папистской пасхой, а мы давно не совершали всеобщинную исповедь, apparellamentum, без которой Всевышний не может отпустить нам грехи.

Балахонщики в кругу одобрительно загудели.

– Но и это еще не все, – тем временем продолжал предводитель. – Среди членов нашей общины есть молодые люди, достигшие возраста посвящения. И наш сегодняшний молебен мы начнем с обряда consolamentum!

«Крещение огнем и мечом!» – тут же перевел Карл, и по спине заструился холодный пот.