Иван стрелец. Песчаная башня

И вот в Виндене, где была когда то резиденция ландмайстеров Ливонсокго ордена,а теперь губернаторов Задвинья, Ходкевич давал обеды, на которых собирал всё шляхетство своего края, до кого только мог дотянутся, местных баронов, из тех, что стремились завоевать расположение новых владетелей этой земли, с их жёнами и дочерьми, чтобы на фоне этих блёклых лиц, красота его панны сияла светом самого солнца. Он был готов на всё, и творил это всё, даже чудеса вдруг осыпая молодую вдову розами из замковой оранжереи среди зимы, или приглашая отобедать у самого моря, на бастионах крепости Дюнамюнде, под пушечный салют в её честь.

В тот день, 7 июля 1567 года, так всё и было. Шумная шляхетская компания сидела за столами поставленными прямо на бастионе, под тентами, сооружёнными наспех из пик и насаженныхна них крепостных знамён. Пили и ели, под музыку небольшого оркестра провозглашая здравицу королю и великому князю, его жене, доброй королеве Екатерине, панне Калиновской и шляхетской доблести.

Ян Казимир хорошо помнил этот момент.Ветер с залива надувал натянутые между наконечниками пик знамёна, поднимал края скатертей на столах, и нежно играл золотыми кудрями его вожделённой панны.И вот она встала, подняла кубок вина и голосом подобным голосу райской птицы пропела:

–Я поднимаю этот тост за нашего хозяина, доблестного пана гетмана!

–Виват! Виват! Виват!– ответил ей шляхетский хор.

–Он славный паладин перед которым падут все крепости,сколь не были бы тверды их башни и крепки стены! – она говорила а её высокая грудь вздымалась при каждом вздохе, и Ходкевич был готов поклясться, что видит через платье очертание её крепкого, напряжённого живота.

–Виват! – орали шляхтичи.

–Любая! – подчеркнула голосом панна Калиновская- А не только какая-нибудь Рига!

Она выпила, а над столом повисла тишина.Были слышны только крики чаек, и хлопанье трепещущих знамён.

Все сидевшие за столом повернулись к Ходкевичу.

Он сжал рукой ножку кубка, медленно поднялся, отпил, проливая вино на усы, подбородок и грудь. Отер губы рукавом. и бросил кубок о земь. Тот издал жалобный стон, так странно соприкоснулся метал с камнем.

–На Ригу- прошептал Ходкевич, и продолжил уже яростным воплем – на Ригу!

И тут за столом раздался рёв. Повскакивав со своих мест шляхтичи обнажили клинки своих сабель и завертелись в вихре боевого танца.