Хроники Максима Волгина

Решив, что смысла в очередной раз ссориться с магистром нет никакого, они подчинились распоряжению. И где-то на половине пути наткнулись на Ильму.

Точнее, это она на них наткнулась. Вылетела из-за угла оранжевой торпедой, чуть не сбила с ног. Волосы дыбом, глаза выпучены. Увидеть белую от ужаса Ильму – да, это было страшно.

– Ильма, что?! – только и успел крикнуть ей Максим.

Девушка уставилась на него, будто не узнавая. Грудь ходила ходуном под рубахой.

– Макс? Там… там… мухи, как в Вирии!

– Мусорные мошки? – не понял Максим.

 – Ну и что?

– Они… кусают… коротышки…

Она задыхалась, захлебывалась словами. Понять что-то из ее воплей казалось немыслимым. Но раз коротышек рядом с ней не было…

– Дай! – Максим выдернул станнер у нее из руки, бросился назад по вздрагивающему под ногами мостику.

Двух коротышек он увидел, едва обогнул огромную, волдыристую «грушу». Те бежали прямо на него, спотыкались, падали, снова вскакивали. А буквально по пятам за ними неслось невиданное, косматое, серо-стальное чудовище.

Максим вскинул станнер… и застыл, ошеломленный не меньше Ильмы. За сородичами бежал еще один коротышка! Мошки облепили его с ног до головы, огромный рой их вился позади длинным шлейфом. Коротышка споткнулся, упал, на секунду освободившись от жуткого одеяния. От него мало что осталось – кроваво-красный огрызок.

Максим опомнился, выстрелил в самую гущу роя. Но разряд станнера мошкам оказался не страшен. Облако колыхнулось недовольно, малая часть его опустилась на добычу, большая – устремилась к Максиму! Нет, с этим противником бесполезно было сражаться.

От него нужно драпать!

В пять шагов Максим догнал и обогнал олли. Лишь когда налетел на стоящего неподвижно Шура, сообразил: мелкие бегством не спасутся. Но чем он им поможет?!

Шур подхватил одного коротышку, кинул трясущейся от страха Ильме: «Держи!», второго зажал под мышкой. Взглянул на Максима: «Прикрывай!» Прикрывай… Это означало, что надо бежать последним, то и дело останавливаться, стрелять в серое, мерно звенящее облако.

А оно ведь не отступало, только расплескивалось по сторонам, обходило слева и справа, сверху и снизу. И это уже был не один рой. Он делился, множился, он словно стремился вычистить, вылизать весь Отстойник!

Они неслись, перепрыгивая с площадки на площадку, с мостика на мостик, с трубы на трубу. Они не разбирали направления. Только не дать облаку догнать их, не оступиться!

Оступился не Максим, а Ильма.