Хозяйки тумана

Теперь они сделали круг, стараясь не забираться далеко в туман. И едва самая густота его осталась позади, Солнышко, не разбирая дороги, прямиком по огородам метнулась к дому. Крису не оставалось ничего другого, как рвануть следом.

В посёлке пелена не успела сгуститься. Вслед за женщиной Крис заскочил внутрь дома, захлопнул дверь, набросил щеколду. Только тогда оба перевели дыхание.

– Ма! – позвал детский голос.

Сквозь проём двери в заднюю комнату Крис разглядел малыша, сидящего на лежанке и тянущего к ним руки.

Мила шагнула к сыну, бросила в угол зажатое под мышкой пончо.

– Не бойся, мама дома, – Она обеспокоено обвела глазами комнаты. – А где Каспер?

– Каспер пи-пи.

Женщина пошатнулась, как будто её ударили, дёрнулась назад, к двери.

– Ты куда?! – перехватил её Крис.

– Каспер снаружи!

Противный холод пробежал по спине, заставил шевельнуться волосы на затылке. Раньше, чем Мила успела протянуть руку, он сбросил щеколду, чуть приоткрыл дверь.

Женщина притиснулась к нему, вглядываясь через плечо в туман. Позвала:

– Каспер! Каспер! Ты где?!

И тут же из-за угла вынырнул мальчик.

– Ма, я здесь!

Подбежал, шмыгнул мимо посторонившегося Криса в дом. Мила сразу схватила его за ухо.

– Ты где шлялся, паршивец? Сколько раз говорила, чтобы ночью в горшок писал! Мал ещё за угол ходить!

– Я возле порога хотел. – Мальчишка захлюпал носом. – Вышел, гляжу – вы с Крисом куда-то пошли. Я думал, вы к родничку, побежал за вами, а вы – в лес.

Я у родничка ждал-ждал, долго. А потом туман начался.

– Эх ты, странник! – Мила отпустила ухо, потрепала сына по белобрысой головке. – Как же ты в тумане дом нашёл?

– А меня тётя привела до самого угла.

– Какая тётя?

– Чужая, я её не знаю. У неё руки белые-белые. Сама большая, сильная, а как маленькая. Ходит голая, и сисей нету. Даже разговаривать не умеет!

Каспер хихикнул. А Солнышко вздрогнула. Развернула сына за плечи, подтолкнула к двери в заднюю комнату, скомандовала сдавленным голосом: «Бегом спать!» И не в силах дольше сдерживаться, уткнулась лицом в плечо Криса, судорожно зарыдала.

– Мила, ты чего? – растерянно спросил он. – Что случилось?

– Ты не понял? Это же хока была!

Крис остолбенел. Хока?! Кто же ещё – «…руки белые-белые, ходит голая…» Как сам не догадался! Он попытался освободиться, дотянуться к двери, но женщина уцепилась в его плечи.