Хозяйки тумана

Зима закончилась, отдав своей повелительнице ещё двух женщин и одного охотника. И шлейфокрылы несколько раз находили добычу. Но жизнь в посёлке продолжалась, следуя заведённому давным-давно распорядку.

Дни сделались длиннее, туманное утро – короче. В преддверии весенних дождей женщины вышли на ближние огороды – тыкать в землю жёлтые зёрна гороха, отложенную на посадку мелкую репчатку. Самые смелые или бесшабашные возились и на дальних, у непривычно прозрачного из-за поредевшей листвы леса. Впрочем, на это в Зелёном Холме редко кто отваживался.

Слишком много тварей сползлось к человеческому жилью за зиму, охотники лишь начали чистить окрестности. Дальние огороды предназначались для второго, летнего урожая.

Иметь дом на нижнем краю посёлка оказалось очень удобно. Вышел за дверь – и вот он, твой огород. Во всяком случае, Крис считал, что им с Ритой в этом повезло. Каждый вечер, возвращаясь из лесу, он с удовольствием рассматривал свой клочок земли, представлял, что скоро на нём зазеленеют первые всходы.

Пока однажды возившаяся на соседнем участке младшая из жён Щербатого, Фера, не окликнула его:

– Крис, там Рита не захворала? Я могу помочь с посадкой. Или ещё с чем…

Фера была одной из тех женщин, что смотрели на него с плохо скрытым вожделением, а на его речную жену – с завистью. Конечно, она была хорошей соседкой, предложение помочь звучало вполне искренне. Но… Крис знал, что некоторые молоденькие жёны старших охотников позволяли летом уводить себя подальше в лес и там задирали юбки.

В посёлке тайны долго не держались, слабых на передок бабёнок знали наперечёт. Прямого запрета на такие вольности в Правилах не было, но за обман следовало наказывать. Так что время от времени обиженные мужья мутузили своих неверных подружек, стараясь отбить тягу к блуду. Сизый фингал под глазом у соседки Крис замечал не раз.

– Сами справимся, – отмахнулся он.

– Ну как хочешь. А то я смотрю, Рита третий день на огороде не показывается.

– Третий день?

Крис недоумённо оглядел клочок земли. Не похоже, чтобы жена засадила его полностью. Скорее наоборот, бросила, едва начав. А ведь семян у них в достатке – мама успела позаботиться.

Рита и не собиралась отказываться:

– Я устала, у меня руки болят. Все пальцы этой штукой посбивала. – Она презрительно кивнула на валявшуюся в углу мотыжку с присохшими комьями земли.

– Но ведь все женщины этим занимаются. Это их работа.