Медикус. Обретение знаний

Затем, видимо, приняв какое-то решение, решительно повернул направо и поковылял в прежнем темпе в избранном направлении.

Наконец, минут через двадцать непрерывного движения Энвис с некоторым удивлением увидела, что они подошли к двери. Дверь не являлась проходом в какой-либо преграде, то есть не было никакой стены, в которую бы эта дверь была бы врезана. Просто дверь, так сказать, дверь в себе. Эшу, не теряя времени на пояснения, схватился за дверную ручку, отлитую из бронзы в виде оскаленной собачьей головы, и потянул на себя.

В приоткрывшуюся щель прорвался лёгкий влажный ветерок, несущий запахи реки.

– Заходи, – буркнул он, мазнув взглядом по лицу Энвис. И та, ни слова не говоря, доверчиво шагнула во тьму за порогом. Босые ноги Энвис ощутили мокрый песок. Её тут же окутал насыщенный влагой тёплый воздух. Где то вдалеке горели огни. Слышался ленивый плеск волн, гудки пароходов, крики чаек, далёкий гул голосов, ритмичные выкрики, рокот барабанов.

Мгновением позже на речной песок, рядом с Энвис, ступил и Эшу.

Энвис, тем временем, разобралась в своих ощущениях. Это не Эйо, это другой мир, со своими законами и правилами.

– Где мы? – спросила она у своего спутника.

– Ла Нувел-Орлеа[7 - La Nouvelle-Orlеans – Новый Орлеан.]. Одно из моих любимейших мест во всех мирах и временах, – Эшу полной грудью вдохнул влажный воздух, – следуй за мной, нам нужно найти мамбо Мари[8 - Мари Лаво (1801–1888), креолка, её звали королевой вуду и не зря. Её боялся даже мэр города.

], она должна быть где-то тут, если я не ошибаюсь.

Энвис и Эшу двинулись вдоль пляжа по направлению к угадывающимся вдалеке огням пристани и горящим на пляже кострам. По мере продвижения звуки барабанов становились всё громче, и, когда костры были уже совсем близко, глазам Энвис предстало неординарное зрелище.

На утоптанном песке пляжа, под рокот барабанов и ритмичные хлопки в ладоши обступивших её многочисленных зрителей, танцевала женщина. Кожа её блестела от пота в свете недалёких костров.

Её плечи, шею и руки кольцами своего трёхметрового тела невозмутимо обвивал упитанный питон. И танец у неё был странным. Тело, казалось, оставалось совершенно неподвижным. Это впечатление усиливалось ещё и тем, что голова её была полностью закрыта гротескной деревянной маской. А ноги, затянутые в толстые шерстяные лосины, украшенные широкими разноцветными поперечными полосами, жили своей жизнью[9 - Танец Заули (Zaouli)].