Медикус. Путь равновесия.

Её щеки вновь покрылись румянцем а порозовевшие губки самопроизвольно чуть разошлись, явив его глазам жемчуг ровных зубов и едва заметное перемещение острого кончика шаловливого язычка вдоль слегка припухшей верхней губы. Теперь была его очередь прикрыть глаза, что он и проделал, откинувшись при этом на спинку кресла, не забыв перед этим отхлебнуть вина из бокала. Уголки его губ немного разошлись в стороны и приподнялись. То ли он смаковал изысканное вино, то ли осмысливал и оценивал полученные невербальные сигналы.

Через несколько секунд он поднял веки и объявил всем участникам совещания, что оно, совещание, окончено. Но не преминул напомнить, что мейстресс Исбайл должна завтра обеспечить запрос в Штаб Воздушного Флота о предоставлении транспорта, а мейстр Герваун должен к концу завтрашнего дня представить ей же на утверждение список лиц, которые примут участие в намечающемся расследовании.

Выглянув в узкое окно, и убедившись в том, что её служебный экипаж уже подан, мейстресс Исбайл попрощалась с мужчинами и выпорхнула из комнаты, на прощанье подарив мейстру Нейрису призывный взгляд светящихся серых глаз из под трепещущих ресниц.

Мейстр Нейрис же, в свою очередь, проводил её долгим взором, и всё это время на лице его господствовало сложное, слегка плотоядное, с нотками предвкушения, выражение, сопровождаемое лёгкой, но вполне себе по-хозяйски самоуверенной улыбкой знающего свои права и возможности собственника.

Совещание закончилось. В здании Департамента стояла тишина, изредка нарушаемая какими-то непонятными шорохами, самопроизвольным поскрипыванием половиц, тихими вздохами и невнятным шёпотом на грани слышимости.

По всей видимости, это было результатом того, что дом, за свою многовековую историю обзавёлся изрядным количеством неприкаянных астральных постояльцев, и они, таким образом, напоминали живым о себе.

Исбайл фехр Невийон задумчиво спускалась по широкой гранитной лестнице, легонько касаясь перил кончиками пальцев, Перила, изготовленные безвестными мастерами из морёного дуба триста лет назад, отполированные за столетия тысячами рук, словно живые, ласкали кожу, касавшуюся их идеально гладкой поверхности.

Исбайл с детства ощущала вещи, изготовленные из дерева, как живые. Она даже пыталась разговаривать с ними. И ей казалось, что иногда вещи отзывались. Пытались поведать ей нечто сокровенное, рассказать о событиях, свидетелями которых были только они.