Особисты 90-й широты

Осипов с интересом смотрел на Кораблина, с таким вопросом он сталкивался впервые, но он все понял, опыт есть опыт.

– Товарищ лейтенант, если вы думаете, что вас могут осудить товарищи, то вы их не поняли, уверяю. Да они даже не подозревают о ваших предположениях. Получить отличные оценки на экзаменах – это еще не критерий замечательной будущей работы. Оценки оправдаете отличной, подчеркиваю, отличной практической деятельностью, в любом случае.

– Но, товарищ подполковник…

– Кру-у-гом. Я все сказал.

Желаю удачи. Шагом марш!

Визит в бандитское гнездо

Главная улица славного города Уральска Старообрядская была одной из его достопримечательностей с очень удачными архитектурными ансамблями ХIХ века в стиле модерн и не менее причудливыми решениями века текущего. Улица имела протяженность около километра, все деньги небогатых муниципалитетов направлялись на благоустройство и поддержание приличного вида своеобразной витрины города, чем еще более усиливался контраст с другими, менее счастливыми и значимыми городскими артериями.

Публика, бегущая по своим канцелярским делам или праздно прогуливающаяся, была одета соответствующе этому яркому, современному уличному облику. Витрины новоявленных буржуазных магазинов зазывали скромный и в душе еще советский люд вывесками мировых брендов телевизионной и радиотехники, фальсифицированной гламурной европейской одежды, невиданного широкими массами элитного забугорного алкоголя. «Будут деньги – будет все!» – этот лейтмотив витал на каждом сантиметре старой улицы города, девиз в недавнем прошлом вражеский и преданный коммунистической анафеме.

Забытая двухголовая орлиная царская жизнь стародавним широким потоком вливалась в засыхающее русло советской действительности, помимо чистой воды, неся пену новой эпохи и канализационную грязь нарождающейся капиталистической цивилизации. Когтистая орлиная хватка была во всем – менялось отношение к привычным событиям и датам, духовный мир человека испытывал исторический когнитивный диссонанс, появлялись новые кумиры и началась массовая криминализация общества.

Появившиеся как бы ниоткуда братковские формирования стали альтернативой старой тюремной иерархии того времени, отметали блатные понятия и жили «по беспределу». В каждом захудалом городишке появлялись «авторитетные пацаны», которые хотели легких денег и обкладывали данью зарождающийся торговый класс.