Проводник

В ответ санитар усмехнулся саркастической ухмылкой, мол, че зря время теряешь…, все понятно. Сергей на его сарказм не обратил внимания, вернулся к парню, еще раз внимательно изучил его.

Внешность Паши из себя ничего особенного не представляла, он был обычным парнем, худоват, выше среднего, примерно под метр восемьдесят, с длинными руками, в белой несвежей футболке, с резко выступающими ключицами на плечах, лицо худое с острым прямым носом, голубыми выразительными глазами, со светлыми кучеряшками на голове, можно было бы назвать его красавчиком, если бы не тонкие бледные губы да совершенно безвольный теряющийся подборок.

– Скажи, Паша, какой препарат ты подсыпал в кальян на вечеринке – соль, фен или ганж, что за химия была? – Сергей задал вопрос в лоб, рассчитывая на эффект внезапности, внимательно всматриваясь в парня.

Паша отпрянул, шаркнул стулом, вопрос его обескуражил, но он быстро взял себя в руки, махнул головой, посмотрел на Сергея.

– Я не связываюсь с драгом, это не мое…, наркота вредит, убивает, я отрицаю драг. – Заявил он в ответ спокойно, категорично.

– Паша…, кальян взяли на экспертизу, ребята показания дали, что ты его заправлял. – Парировал на это Сергей негромко, но настойчиво, провоцируя парня на реакцию.

– Не было никакой наркоты… Да, кальян я забил…, девчонки попросили, пиво пили, лонгер, так, ничего особенного, просто туса, но наркотиков не было.

Паша откинулся на спинку стула и с вызовом посмотрел на Сергея, скосил глаза, мельком глянул на санитара, замолчал, давая понять, что добавить ему больше нечего.

Резким щелчком-рывком открылась дверь, санитар чуть не вывалился наружу, беззвучно чертыхнулся, вновь обрел равновесие, шагнул в сторону, отошел от проема.

На фоне более яркого коридорного освещения появился дежурный врач в белом халате, с бежевыми шлепками на ногах, лет пятидесяти небритый крупный мужик.

– Так, хорош…, прекращай бардак, хватит, целый час его мурыжишь, давай, до свидания. – Сказал врач, будто бы выругался сиплым низким басом в адрес Сергея. По нему было видно, что ни с кем церемониться он не привык и не собирался этого делать, тем более с представителями полиции.