Иностранец. Тайные игры

Ведь справиться со страхом можно, главное понимать, что нужно расслабиться и контролировать себя. Так я думал, как вдруг произошло нечто странное.

– Эй! Кто выключил свет! – необычайно громко услышал я. В месте, где никого просто быть не могло. Где я был один!

– А-а-а-а-а. Тут кто-то есть! Помогите!!! – мой крик ужаса раздался по подземелью.

В это же время рядом с выходом из подземного зала Дьян Шейгу нажал на секундомер со словами:

– Ну вот видишь, и трех минут не прошло… Я же тебе сказал, что там страшно.

А он еще после травмы… Так что сегодня наливаешь ты!

– Он кричит, что там кто-то есть, – обеспокоенно сказал Ё Лунь.

– Каждый кричит свое, лишь бы его достали. Доверься мне и пошли! Так должно быть.

– Ну пошли, – ответил ему старик, усилием воли пытаясь изгнать из головы полный ужаса крик ученика.

Глава 2

Я долго кричал просто от ужаса. Я очень долго звал на помощь. Бился в путах, словно рыба, пойманная в сети.

Во мне не было ничего, кроме страха. Дикого и пронизывающего, он не давал мне ничего, кроме осознания собственной беспомощности.

Именно этого я боялся больше всего. Я рвался в путах и извивался, как змея, и пытался расшатать крепления, вот только, как назло, меня связали крепко.

Надежные ремни фиксировали не хуже бетона. И не давали причинить себе вред. Если бы я был просто в смирительной рубашке, то наверняка бы вырвался из этого плена. А то, что разбил бы себе голову, пытаясь вытолкать закрывающий камень, так это меня точно не волновало.

Я кричал и вырывался до тех пор, пока у меня не закончились силы. А так как я был силен и вынослив, это длилось очень долго. Я словно находился в беспамятстве. Не мог ни о чем думать, кроме страха.

А потом меня стало отпускать, постепенно я обнаружил себя лежащим в странной скрюченной позе. У меня все болело, уголки губ жгло, словно по ним прошлись ножом. Во рту чувствовалась кровь. Я прикусил язык, когда пытался вырваться, сердце часто билось, а сдавливающая горло лента больно впилась в шею.

Кадык с трудом ходил. Я будто вышел с непрерывной трехчасовой тренировки под руководством наставника. А такие были, только когда я пытался много на себя брать. И это было самое сложное испытание на выносливость. После него оставалась только боль во всем теле и апатия. В принципе, как и сейчас.

Я устало смотрел в пустоту перед собой и пытался хоть что-нибудь увидеть, но все было тщетно. Пытался что-нибудь услышать, но и это не принесло результата.