Иностранец. Возвращение домой

Если бы мне не нужны были связи в лицее, я немедленно вызвал бы его на дуэль, невзирая на то, кто он. Он явно не сильнее Учителя.

Едва сдержавшись, я зло сказал сквозь зубы:

– Называть меня обманщиком, не разобравшись в ситуации – это слишком поспешное решение… Может, хотите извиниться, пока не поздно?

Глаза учителя расширились.

– Каков наглец! Мне хватило объяснений моих уважаемых учеников, которые заслужили право говорить и надеяться, что их педагог им поверит. А вы кто?! Я вас и знать не знаю!

– Да, я тут первый день, – сжав зубы, сказал я.

 – И да, вы меня совершенно не знаете. И когда мне предложили учиться в этом заведении, то сказали, что оно элитарное и абы кто в нем не учится.

– Вот именно, элитарное! – поднял палец вверх учитель. – Вот именно! А вы своими действиями…

Что он говорил дальше, я уже не слушал, а перевел взгляд на учеников. Кто-то смотрел на меня с превосходством, кто-то с жалостью и пониманием, а группа Богрянина – со злостью и предвкушением. Понять мысли сверстников в такой ситуации было несложно, и я сделал это без всяких ментальных техник.

– Советников! Вы что, меня не слушаете?! – кричал мне в лицо учитель, делая несколько шагов навстречу.

А я, наконец, понял, что выбрал неправильную модель поведения. Я не должен скрывать свое происхождение. И от осознания этого меня словно расслабило. На первые дни нахождения в лицее у меня был план, который мне не нравился, но который я считал необходимым. Но теперь, раз я уже не просто ученик Советников, а глава рода Советниковых, или, по крайней мере, одной из ветвей рода России, то должен и вести себя соответствующе.

– Я не собираюсь слушать подобный бред! – сказал я учителю, сделав лицо понаглее, отчего мужчина поперхнулся. – Скажите мне, Дмитрий Игоревич, а в этом «элитарном заведении» камеры, висящие над потолком, работают?

Последнее я произнес с явным сарказмом, после чего указал в угол, где висела камера.

– У нас все работает! А вы… – начал было мужчина.

– Так, может, вместо того чтобы разбрасываться словами, сходим и поднимем записи? – в очередной раз перебил я мужчину.

 – Глядишь, и начнете видеть дальше собственного носа.

– Хамло! – чуть ли не брызжа слюной, крикнул мне в лицо мужчина. – Перебить учителя!..

– Хамло называет меня вруном! – жестко осадил я его и попытался достучаться до его мозга: – Может, все-таки посмотрим камеры? И разберемся, наконец, кто есть кто?

Реакция учеников на мои слова была впечатляющей.