Проводник 2. На другом берегу Стикса

– Ребята говорят, что морг выдаст гроб с покойным примерно через минут пять, где-то плюс минус минут двадцать на дорогу, думаю, что через пол часа они будут тут. – Выдал он информацию, кашлянул себе в кулак. Михалыч кивнул, показывая, что понял, отошел, пару раз затянулся сигаретой. Подошел к стоящей рядом и не громко разговаривающей о своем группе пенсионеров в военной форме с медалями, их было человек пять.

– Здорово, мужики! – Поздоровался он, каждому пожал остывшие на ветру руки. – Не замерзли, может в дом пойдете? А то как-то холодно тут.

 – Батю привезут только через пол часа. – Предупредил он.

– Жень, мы тут как-нибудь постоим, покурим. – Ответил ближний к нему дедок, на погонах у него красовался «полковник», другие старики закивали, соглашаясь с ним, дед взял Евгения Михайловича за руку выше локтя, продолжил в полголоса. – Отмучился Миша, теперь легче ему.

– Да уж. – Подтвердил Михалыч, добавил. – Полгода вообще не вставал, хоть и пичкали его дорогими обезболивающими, боли были страшнейшие.

 – Евгений Михайлович сделал паузу, вспоминая. – Как ни крути, рак поджелудочной – страшная штука. – Заключил он. Окружающие молча закивали, соглашаясь.

– Ладно, Жень, теперь ему лучше, я скажу, он и так хорошо пожил, все-таки уже взрослый был, восемьдесят один, Миша самый старший из нас. Чего только в жизни его не было: и война, и борьба с преступностью, а сколько лет он отдал конторе, отличный контрразведчик. – Старик выделил в своем монологе последнее слово, продолжил. – Скольких орлов воспитал, вон ты какой красавец, твой отец не зря прожил эту жизнь, дай бог каждому.

 – Успокоил его старичок генерал, стоящий в середине компании, опять все замолчали.

– Хорошо мужики, если что, если замерзнете, проходите в квартиру, там Тамара чай с бутербродами делает. Я пойду к караулу, дам указание что им делать во время прощания с усопшим, нужно, чтобы во дворе выстроились, а начальство уже на кладбище прибудет. – Сказал компании Михалыч, старички снова закивали. Он тоже в ответ кивнул, развернулся, направился к белому пазику, в котором заседало отделение почетного караула.

Дал старшему распоряжение выстроиться как привезут покойного, потом пошел в квартиру отца.

На просторной кухне четырехкомнатной генеральской квартиры хлопотала Тамара с повязанным на голове черным траурным платком из шифоновой ткани. Ей помогали три подруги. Несмотря на полуоткрытое окно, дома было тепло, пахло едой, но все равно по понятной причине квартира лишилась уюта.