Проект «Территория сказки»

Ведь пещерные города Крыма, памятники археологии и по сути, музей под открытым небом. Но в девяностые, здесь было тихо и пусто.

Какие то из них: Эски- Кермен, Мангуп- Кале, погибли в долгих осадах. Разозленные, долгим и упорным сопротивлением, захватчики, наконец ворвавшись в город, не щадили никого. Другие, были монастырями спрятанными в горах.

Где же было мне искать встреч и возможных контактов с духами, как ни здесь? Мои ожидания оправдались. Такой контакт произошёл, уже в конце первого семинара. летом, ставшим для меня «перекрестком Судьбы», жизнь преподала мне урок.

По самоопределению – я Советский пионер, эпохи научно-технического прогресса. Научный метод познания, для меня, самый эффективный и точный инструмент идентификации реальности.

Определяются границы исследования. Проводится эксперимент. Анализируется полученный результат. Сделанный вывод и есть научный факт.

Даже на зыбкой почве суеверий и предрассудков, мистических откровений и недоказуемых свидетельств, я не изменял научному подходу.

Уже тогда, я понимал, что у каждого из нас, есть право выбора. Просто многие из нас, этим правом пользуются мало, или не используют его вовсе. Каждый из нас выбирает сам, на что тратить время жизни и куда себя вести. Есть обстоятельства, обязательства, общество, власть и солнечная радиация. Но главный выбор, чем заниматься в жизни, где и с кем находиться – за мной.

И вот в моей жизни наступил момент, когда я ничего не выбирал, а очень скоро, ничего уже и не решал. Тем летом, моё восприятие внутреннего и внешнего пространства, изменилось навсегда.

Кто-то, с невозможными возможностями, вторгся в мой привычный мир и устроил в нём Армагеддон, изменив все мои представления о реальности.

К боли от поломанных ребер, постоянно ноющей, а при неосторожном движении острой и саднящей, прибавились какие то блуждающие боли, неясного для меня и по сей день происхождения. Вскоре, болело всё тело. Мышцы деревенели, от пронизывающего, всё моё естество, космического холода.

Леденели и застывали даже мысли и чувства. Именно тогда, я оценил одну особенность нашей психики, забывать всё плохое. Но когда лакуны нежелательной памяти вскрываются – это страшный суд. Во всяком случае, я воспринимал это именно так.

Сейчас, я уже не могу сказать точно, с какого момента всё происходящее стало приниматься мной, как наказание. Но хорошо помню, своё недоуменное возмущение. Ведь я такой добрый и хороший, и не совершал никаких серьезных преступлений.