Лестница в небо, или Рассказ очевидца

Вернулся к старому – вокзалы, переходы и подвалы. Но и тогда, Витя, я все еще мечтал. Мечтал о лучшей жизни, о встречи с друзьями и, что когда-нибудь напишу роман о любви.

– А любви? – Удивился я.

– Да, о любви! На ней все держится, Витя.

Я согласился, но все же спросил:

– А почему не о своей жизни?

– А, что в ней хорошего? Давай, Витя, я закончу свою историю.

Я не стал ему возражать, а он продолжил:

– Но должен признаться тебе, Витек, что наряду с этими красивыми мечтами, была и еще одна.

Я мечтал отомстить за Дмитрия и за всех нас этим убийцам. Как это сделать я не знал, но оставался верен своей клятве. К тому времени умер мой дружок Ваня. Последнее время он сильно болел, а тут еще кто-то побил его в подворотне, в общем не стало Ивана. Перед смертью он напомнил мне о клятве и сказал, что не сильно обидеться, если я передумаю. Но я был верен себе и решил, что заработаю деньги и поеду в Чечню. Как и когда это получиться я даже не представлял. Но я не терял надежды и мне повезло.

Мои друзья по несчастью нашли работу за городом.

Одному из «новых русских» мы благоустраивали дачу. Работа для меня была знакомой, и я быстро вписался в коллектив шабашников. Мы корчевали старые деревья, выносили мусор, копали землю и помогали строителям. Платили нам мало, но регулярно. Кормёжка была хорошей, да, и не перерабатывались мы, если честно. Было время и отдохнуть, и в город сходить, и до девчонок сбегать.

Наш хозяин Миша – бизнесмен, а проще бандит, не обижал нас.

Бывало, когда выпьет и водочки нальет, и деньжат подкинет, а мы за это слушали его байки о зоне и братве. К нему частенько наведывались гости с Кавказа и эти люди нам очень не нравились. Мы расходились по усадьбе кто куда, так как вели они себя очень бесцеремонно. Кавказцы частенько приставали к нам, чтобы лишний раз оскорбить или ударить одного из нас. Михаил на это смотрел сквозь пальцы и только улыбался своим гостям. Поведение этих людей напоминало мне Чечню и когда я узнал, что Шамиль – главарь этой группировки чеченец, во мне вспыхнула ненависть с былой силой.

Сразу вспомнились былые обиды и унижения и страшная гибель Дмитрия. При появлении этих гостей я старался уходить подальше в сад, так как скрывать свою неприязнь к этим людям мне было очень трудно.

Но раздражали они не только нас батраков, раздражали они и огромного пса – среднеазиатскую овчарку по кличке «Карай».