Игра в античность

К рюкзаку приторочен был старый солдатский котелок, почерневший от застарелой и несмываемой, как южный загар, копоти. Причем направлялся пожилой мужчина прямиком в сторону леса.

Поздновато для пикников! Вот что должно было насторожить более внимательный луч, заставить его пристальнее присмотреться к необычному прохожему. Ведь то, что может считаться обыденным мартовским утром, мартовским же вечером должно вызывать массу вопросов. К сожалению, их просто некому было задать.

Луч, скользнув мельком по странному путешественнику, отвернулся от него, отвлеченный огромным грузовиком, который намертво застрял в глубоком снегу при выезде со двора на улицу и перегородил дорогу всем другим машинам…

Сопки начинались прямо за домом. Осторожно, с запасом обойдя застрявший в разъезженной колее грузовик, отчего ему пришлось по самые колени залезть в нетоптаный снег, профессор Кукушкин, а незнакомцем с котелком был именно он, выбрался на улицу.

Оглядевшись по сторонам, он поспешно пересек ее и по тропе, проложенной собачниками – в этом не приходилось сомневаться, ибо следы их четвероногих питомцев были повсюду, – отправился в близлежащий лесок.

– Он заслужил, – бормотал пожилой профессор, то ли обращаясь к самому себе, то ли оттачивая аргументы для будущего оппонента, – заслужил. Я так им всем и скажу. Как ни крути, а надо все рассказать. Иначе нельзя. Время пришло.

Я в этом уверен. И никто меня не убедит в обратном.

Бормоча все это, Кукушкин по плавно идущей в горку тропе все больше углублялся в лес.

– Собаку, что ли, потерял, отец? – окликнул его притормозивший недалеко от него лыжник.

– Подвальный кот тебе отец, – огрызнулся шепотом Кукушкин, а в полный голос крикнул: – Почему собаку?

– Так а чего здесь ходить-то без лыж да без собаки? – искренне удивился лыжник, который, очевидно, рад был возможности сделать привал.

– Может, гуляю я? – хмыкнул Кукушкин на ходу.

– А котелок тебе, отец, зачем? – поинтересовался лыжник, разглядев амуницию профессора.

– Собака от меня на лыжах ушла, – огрызнулся Кукушкин. – Как поймаю, так сразу в котел ее. И сварю. Исключительно в назидание остальной псарне. Понятно?

– Шутник, – буркнул лыжник, потеряв интерес к явно не склонному к разговорам незнакомцу.