Мертвый

Главное, сам не давай никому сесть себе на голову, народ там ушлый – сунешь палец, откусят руку. Но если не будешь бояться, сумеешь постоять за себя, то будешь в авторитете и жить будешь нормально.

– А если расстреляют? – почти простонал он, после близости воспринимая ее чуть ли не как единственного родного человека здесь.

– Это вряд ли, ты ранее не судим, характеристики нормальные будут, зачем тебя стрелять? Ты же не маньяк, не шпион и не валютчик. Пьяная драка, где ты один против пяти.

Может быть, даже натянут тебе превышение необходимой самообороны. Но даже если нет, то получишь лет десять, попомни меня. А тридцать лет – это еще очень далеко не старость, поверь. Выйдешь и успеешь еще долго пожить всласть, все у тебя будет. Я цыганка, жизнь вижу, верь мне.

И дверь за Златой захлопнулась. Артем умом понимал, что она его успокаивала, но верить хотелось очень. И он подумал, что действительно, может, не так все плохо будет? В тюрьме тоже люди сидят, самые обычные, не инопланетяне.

Он лег на живот, уткнулся носом в свернутую футболку, вновь и вновь прокручивая в голове кадры только что здесь произошедшего. Разве мог он когда-нибудь представить себе, что его первой женщиной будет цыганка, пожалевшая его и упросившая дежурного по КПЗ, а сама эта близость его первая случится в камере предварительного заключения? Нет, в пору полового созревания его, конечно, часто посещали самые удивительные фантазии, но даже тогда он до такого додуматься не смог.

Да и вообще, совсем не так он представлял себе свою будущую жизнь. Были планы поступить в политех на инженера-механика. Там, говорят, парней всегда берут с удовольствием. Он как раз хотел со следующей недели начать подготовку к вступительным экзаменам. Не то чтобы он мечтал о такой профессии, но понимал, что высшее образование в жизни всегда пригодится. Даже если работать не по специальности.

А дальше все должно было быть как положено – семья, дети, дача, машина.

В общем, полный набор для советского счастья. Да, пожалуй, не только советского, а вообще – просто человеческого. Артем не мечтал стать ни летчиком, ни космонавтом, не мечтал покорять высоты разума – все это было не его. Он хотел простую, нормальную, тихую семейную жизнь. И вот, пожалуйста, домечтался. Недаром его бабушка любила повторять присказку: хочешь насмешить Бога, расскажи Ему о своих планах.