Причуды многоликого эроса

По всему миру славилась своей красотой Алкмена, жена Амфитриона. Поэты посвящали свои произведения ее красоте и преданности мужу, воспевали ее прекрасные глаза и безукоризненную фигуру. Именно такой увидел ее с Олимпа Зевс и полюбил так, как не любил до этого ни одну смертную женщину. И, чтобы завладеть Алкменой, пришлось ему перевоплотиться в Амфитриона, уехавшего в поход, а вестника богов Гермеса он послал к Гелиосу, чтобы тот не давал Солнцу три дня подниматься в небо, ибо от связи верховного бога с Алкменой должен был родиться великий герой.

С радостью встретила Алкмена своего мужа, вернувшегося целым и невредимым из дальнего похода, и заставила его обнажиться, чтобы убедиться, что на его теле нет ран или царапин. И всю длительную ночь пробыл Зевс в ее объятьях и только утром, когда настоящий Амфитрион подъезжал к Фивам, вернулся на свой высокий Олимп. Быстро поняли супруги, кто навестил их в образе Амфитриона, а через положенное время появился на свет Геракл, ставший величайшим героем греческих мифов.

Впрочем, могучий сын мало в чем уступал своему отцу, в том числе и в любовных похождениях. Многие помнят или хотя бы слышали о двенадцати подвигах Геракла, но был у него еще один – тринадцатый подвиг, в котором показал он свои способности, не проявившиеся в первых двенадцати. Жил в то время в Афинах старец Феспий, отец пятидесяти дочерей, и больше всего на свете он хотел перед смертью увидеть внуков от своих дочерей. В поисках отца своих внуков все чаще его глаза останавливались на могучем Геракле.

И вот однажды, воспользовавшись моментом, старый Феспий пригласил молодого богатыря на праздничный пир.

Ручьями лилось на том пиру неразбавленное молодое вино, непрерывно играли флейтисты, дочери Феспия танцевали в честь гостя, и, одурманенный большим количеством выпитого вина, Геракл с восторгом наблюдал за их танцами. Но неожиданно увидел герой, что покинули залу флейтисты и танцовщицы, осталась только одна, которая медленно приблизилась к нему и упала в его объятья, и крик дочери Феспия, услышанный Гераклом, был радостным, ибо она уже больше не была девушкой.

Но, свершив то, что было предначертано судьбой, она исчезла во мраке. Однако ей на смену тут же явилась другая, и герой с удивлением услышал точно такой же крик. Всю ночь девушки сменяли друг друга, и к восходу Солнца, который пришел на смену практически бесконечной ночи, каждая из них носила в себе семя Геракла, а старый Феспий мог с чистой совестью ожидать внуков.