Вера. Детективная история, случившаяся в монастыре

 – Уж больно самоуверенная да шустрая Фаина ваша была. Все страстишки играли, выпячивала себя, вот и не довело это до добра! И сама навеки погибла, и монастырское имущество угробила!..

– Что раскричалась, сестра? Пожар, что ли? Кто погиб, что за имущество? – выглянула в коридор благочинная[1 - Благочинная в женском монастыре – должность с широкими полномочиями. В задачи благочинной входит забота о своевременном исполнении всех монастырских работ (послушаний) и церковных богослужений.

Как правило, второе по значимости лицо после настоятельницы, игуменьи. – Здесь и далее примечания автора.], монахиня Ёрмия.

Авделая фыркнула, сверкнув глазами, и молча скрылась, хлопнув дверью.

– Сестра Фаина скончалась… Разбилась… Некоторые тут считают, что сама она себя… но я в это не верю… иду в храм служить панихиду. Пойдете? – с видимым трудом произнес отец Павел.

Ермия вздрогнула, закрыв враз посерьезневшее тонкое лицо руками, молча кивнула и вскоре вышла в камилавке[2 - Камилавка — головной убор черного цвета с пришитой сзади на?меткой – длинным куском легкой ткани.

] и мантии.

Так вдвоем и пели они в соборе слова заупокойной молитвы, опасаясь нарушить древние правила, но повинуясь неписаному долгу любви.

3

«Со святыми упокой, Христе, душу рабы? Твоея?, иде?же несть болезнь, ни печаль, ни воздыха?ние, но жизнь безконечная».

Созванные монотонно-печальным зовом колокола, немногие пришедшие на богослужение люди не могли скрыть слез и недоумения.

Поверить в случившееся было невозможно. Казалось, уж кто-кто, но не Фаина – бодрая, молодая, всегда готовая прийти на помощь – могла уйти из жизни так неожиданно, так трагически. А еще этот мерзкий слушок…

– От самого рождения Господь привязывает нас к земле невидимыми нитями любви, родственных отношений, веры, надежды. Дает нам познать, что такое любовь и вера, а потом постепенно обрывает эти связи, готовя нас к Небу…

Голос священника дрогнул.

Надгробные проповеди отцу Павлу и так давались нелегко, а как говорить в прошедшем времени о человеке, с которым еще утром молились на полунощнице?

Красивые слова застревают в горле. Перед лицом торжествующей смерти они кажутся пустыми и легкомысленными. Но и промолчать нельзя. Люди смотрели на него, требуя утешения и объяснения.