Свет! Камера! Хоррор! Книга первая

А потом вдруг вгляделся в кусты – а там, на островке, огромный сохатый в кустах стоит! И пристально так на меня смотрит! Тут-то у меня сердце и заколотилось! Потому как получается, что все это время я ходил от лося метрах в трех, не больше! А эта двухэтажная махина с рогами даже ни разу не пошевелилась!

Между тем воды под нашими ногами все прибывало и прибывало. Удивительно, как это у меня ноги-то до сих пор не промокают? Я посмотрел вниз: ничего удивительного не было – на моих ногах опять были сапоги! Когда они там у меня появились – шут знает! Я оглядел своих спутников: и Володя, и Маша – все были в высоких сапогах, а в руках у нас уже были специальные длинные жерди, с которыми по болоту ходят.

Лес вокруг постепенно редел и мельчал, разбиваясь на отдельные, поросшие кустарником, островки. Между островками уже начиналась настоящая трясина, которая противно колыхалась под ногами. Зато лосиные следы в болоте были заметны куда лучше. И наш рогатый великан, судя по этим следам, уверенно прошел прямо через эту топь перед нами!

Мы остановились посовещаться.

Володя предложил следующую схему: он идет впереди, от островка к островку, проверяя поверхность перед собой своим шестом. За Володей пойдет Маша, ну, а замыкающим – опять я. В случае чего – шест поперек трясины и держаться за шест! А остальные придут на помощь и вытащат.

– А сколько весит лось? – спросила тут Маша, явно намекая на то, что если такая тяжелая «дура» проперла по болоту и не утонула, то и нам, выходит, бояться нечего.

– Взрослый лось может весить около шестисот килограмм, если не ошибаюсь. Но наш куда крупнее! А еще наш лось не совсем обычный, как мне кажется!

– Это лось-буддист, и он владеет искусством левитации! – пошутил Володя.

– А что такое «левитация»? – тут же спросила Маша.

– Это когда на тебя не действует земное притяжение, и ты можешь парить в воздухе, – кратко пояснил я.

6

Мы шли через болото. От кочки к кочке, от островка к островку. Вскоре мы уже втянулись в процесс, и наши движения стали механическими: Володя прощупывал шестом трясину перед собой и делал очередной шаг, Маша ступала в ямку, оставшуюся от сапога Володи, ну а я, тоже след в след, осторожно пробирался за Машей.

Мы с Машей держали свои жерди так, словно шли по канату, и только иногда, если нога вдруг засасывалась в трясину особенно сильно, или же это требовалось для поддержки равновесия, мы втыкали свои жерди в болото, чтобы себе помочь.