Осторожно, двери открываются, следующая станция – Война!

Не отдавая себе отчета, молодой человек нагнулся к металлическому предмету, лежащему среди небольших продолговатых камешков, и тут же отдернул руку – перед ним на влажной, почти черной земле, вокруг железки лежали кости фаланг пальцев.

Глава 5. Которая полна встреч, приятных и не очень

16:20. 14 марта 2014 года. Где-то на территории Украины.

Слабый неверный свет одинокой лампы не позволял увидеть дальнюю часть помещения. Конечно, это подвал. Сырой стылый воздух, пропитанный зловонием, ржавая лестница, которая, поднимаясь вверх, упиралась в такую же ржавую дверь.

По отдаленному скрежету понимаю – лестница не единственный выход из моего узилища. Что-то подсказывает, что стоять в единственном освещенном месте не самая лучшая идея, и поспешно прячусь в тени горы искореженных металлических конструкций.

– Кири-илл-са-ан! – Это «сан» настолько неожиданно в украинском подвале, что в первый момент я даже не удивляюсь, что скрытый в сумраке «японец» обратился ко мне по имени. Час от часу не легче.

 – Господин Ильин, я знаю, что вы здесь. Не прячьтесь, вам ничего не грозит. Я ваш друг. – При слове «друг» начинает нестерпимо болеть шея, куда пришелся удар электрошокера. Насколько возможно, сдерживаю дыхание, грудную клетку сотрясают удары сердца. «Пламенный мотор» стучит неровно. Боль в нем то усиливается, то затихает – маленькие помощники пока справляются. Надолго ли их хватит?

Хруст мусора под ногами приближается. Круг яркого света не спеша ползет вдоль бетонной стены, все ближе и ближе ко мне.

– Кирилл Иванович, к чему эти прятки. Не надо тянуть резину. Нам есть о чем поговорить, что вспомнить. И, ради Бога, простите меня за удар током, но иначе было нельзя. – Ослепительный свет галогенной лампы, пробиваясь сквозь переплетение проволоки и арматуры, заставляет зажмуриться и отпрянуть. Что-то с грохотом обрушивается за спиной. Дальнейшие попытки остаться незамеченным бесполезны, и я выхожу из своего убежища.

Передо мной пожилой бритый азиат.

Едва заметная изморось отросшей седины резко контрастирует со смуглой кожей. Фонарь больше не слепит и можно хорошо рассмотреть моего похитителя.

Коричнево-зеленые разводы темного трико, которое плотно облегает тело, почти полностью растворяют незнакомца на фоне мусорного хаоса подвала. Раскосые глаза прячутся в морщинах улыбающейся физиономии.

– Вижу, не узнаешь? – На мое недоуменное мотание головой азиат согласно кивает. – Немудрено, столько лет утекло.