Поголовье

Воевал везде, где только можно. Осетия, Сирия, ЦАР, да много где. Инструктором был.

– Как сюда попал?

– К вашему заместителю шёл, к Митрохину, – вздохнул я, припоминая рассказ покойного Галиянова, – коньяк пить.

Все кроме Башенкова переглянулись, а майор спросил:

– Ты его, откуда знаешь?

– Он, в Сирии, в плену был, а группа под моим командованием освободила наших пленных. Митрохин ещё и земляком оказался. С тех пор общаемся, дружим.

– А сам то ты откуда, местный?

– Да, местный.

– Так точно товарищ полковник, он правду говорит, я его помню, у него родители в соседнем доме жили, – поддержал меня контрактник Разбежкин.

– А ты знаешь, что Митрохин…, – начал было капитан Мамедов, но Савкин перебил его.

– Предатель твой Коля.

– Знаю, – потупил я взгляд, – мне в котельной рядовой Галиянов рассказал уже, как он наряд по КПП расстрелял и диверсантов в часть привёл.

– Он ещё убил троих офицеров особого отдела в штабе и пытался застрелить меня, – сказал Савкин.

– Мужики, я не знал, честное слово, – начал оправдываться я.

– Да ладно, ты то тут причём, – махнул рукой командир, – всё, хватит разговоры разговаривать. Будем думать, как быть дальше.

– Разрешите товарищ полковник, на, – заговорил молчавший до этого Башенков.

– Говори Паша.

– Снайперов убрать сначала надо, они мля, нам не оставят шанса на манёвры, всех перещёлкают, с-с-суки.

– Он прав, полковник, – согласился я с прапорщиком, – давайте сделаем так, вы отвлекаете на себя близлежащие снайперские точки, что бы я мог добраться до самого высокого здания.

Это здание если не ошибаюсь – штаб тыла. Значит, я пробираюсь туда и валю снайперский расчёт. Оттуда все остальные позиции снайперов как на ладони. Потом валю остальные снайперские точки. Как вам такой план?

– Хорошо Олег, попробовать можно, но один не пойдёшь, с тобой пойдёт…, – командир обвёл взглядом присутствующих и остановился на капитане, – вот Мамедов, с тобой пойдёт, прикроет если что, да и расположение знает как свои пять пальцев.

– Есть товарищ полковник! – вскинулся капитан и весь аж как-то загорелся. Видимо молодому и темпераментному кавказцу льстило, что командир поручил именно ему участие в такой опасной, но значимой операции.

– Когда дело будет сделано, мы подадим вам сигнал э-э-эм…, – я задумался, соображая, чем и как можно будет известить боевых товарищей о завершении операции. На помощь мне пришел сержант Батычко.