Ловцы пыли

Возмущенно мяукнула кошка, вылезшая из подвального оконца.

Сначала на крыльцо взбежал сутулый. Он тупо дергал за ручку, но из-за кодового замка дверь только стукалась, но не открывалась. Потом до подъезда дохромал его напарник.

– Коза вонючая! – рычал сутулый. – Я ей глаза этим каблуком выбью! Я эту дуру изуродую, а потом закопаю!

– Ладно, хорош, Сутяга, – вздохнул кругляш. – Пойдем, надо с машиной закончить.

– Не, сначала эту крысу надо выгрести…

– Лучше побыстрее «форда» отогнать в другое место… – рассудительно сказал кругляш.

 – Надо было сразу поставить его в гараж и там разобрать…

– Ну, Толстый! Легко сказать! Но там же стоит машина! Надо было срочняком искать в аренду другой гараж.

– Ладно, некогда трендеть. Она мне ногу изувечила, надо в травмпункт. Я почему-то думаю, что эта гадюка живет не здесь, а в том доме, рядом с которым мы поставили «форда». Мы найдем эту крысу крашеную…

– Как? Как!? Если мы уйдем, она смоется! – заверещал Сутяга.

– Элементарно, Ватсон… У нас есть ее туфелька, у моего соседа имеется классная овчарка.

Собака в два счета найдет хозяйку этой вшивой обуви. Кто придумал такие каблуки? По голове бы ими постучать этому дизайнеру хренову.

Кристина боялась пошевелиться. Когда мужчины ушли, она еще долго сидела, не двигаясь, у нее затекли ноги и заболела спина. Наконец она едва не ползком выбралась из кустов. Платье было изодрано. Девушка не удивилась тому, что ее руки продолжали сжимать туфельку и сумку.

Ее ничто не могло удивить, потому что ею владела одна мысль, страшная своей очевидностью: с Костей Осокиным, с ее ненаглядным, лучшим на свете парнем, произошло несчастье…

* * *

Ночная тьма со старческой скрупулезностью затыкала дыры в электрическом платье города, боязливо обходя сияющие фонари.

Она уютно устроилась рядом с ощетинившейся огнями дорогой, по которой проскакивали суетливые машины, и прикрыла задремавшее здание торгового комплекса, опоясанное лентами огромных окон. Только на макушке здания аккуратной прорехой светились большие электронные часы и пульсировала вывеска «Локомотив».

Справа от торгового комплекса, опушенная огнями, сияла привокзальная площадь. А слева, на пустой автопарковке, предназначенной для персонала и покупателей, растеклась мягкая тьма. После девяти часов вечера автопарковка закрывалась, как и весь торговый комплекс.

Молодой охранник, приоткрыв окно, закурил сигарету и со вкусом затянулся. Площадка с этой стороны торгового комплекса казалась мертвой.